Примерно с час ничего не происходило, и она успела забыть про областную больницу и ее главного врача, переправив, разумеется, присланный документ себе на почту, а оттуда Ире Веретьевой, которая и отвечала за весь проект поставки и установки гибридной операционной. Задачей Иры было обдумать поставленную дополнительную задачу, составить смету, утвердить ее у Влады и заказать. Ничего сложного.

В начале пятого, когда большинство сотрудников, закончив дела, начали расходиться по домам, Влада получила новое сообщение: «Хорошо. Мы обсудим этот документ обязательно. Нужно же с чего-то начинать разговор». И три улыбочки, черт бы их подрал.

«Думаете?» – быстро отбила она, чувствуя, что совершает глупость. Документ был получен и запущен в работу, ей-богу, обсуждать больше было нечего. И незачем. И тем не менее она все дальше и дальше углублялась в диалог, разворачивающийся на экране ее телефона.

«Уверен! При общении с понравившейся женщиной будь настойчив и предлагай ей всякую хрень. Женщины любят настойчивых и постоянно ведутся на всякую хрень»."

"«Настойчивость – это прекрасно», – закусив губу, написала она.

«Я настойчив, как молодая гусеница».

«По-моему, обсуждение оборудования для гибридной операционной – это не начало разговора. По крайней мере, мне так кажется». Ферзь сделал свой ход. То есть, разумеется, королева.

«Конечно. Мы обсудим его после всего, что случится».

Внутренняя сигнализация вопила и мигала всеми имеющимися лампочками, призывая Владу остановиться.

«Как-то примерно так я себе это и представляю, – вместо этого ответила она. – Вы очень красочно рисуете перспективу».

«Чего хочет женщина – того хочет Бог».

С каждым новым звяканьем телефона переписка становилась все фривольнее, а щеки Влады пунцовее. Ханжой она не была, но столь вольготное поведение с в общем-то незнакомым человеком оказалось для нее внове. Более того, эта фривольность становилась причиной какого-то странного состояния, внутри закручивалась тугая спираль физического желания, практически немыслимого в данных обстоятельствах.

Человек, вызывающий это состояние, находился на другом конце города и не делал ничего, кроме быстрого набора текста на экране телефона, и тем не менее Влада осознавала себя фактически в обмороке. Ее ответные сообщения тоже становились все откровеннее и бесстыднее. И это тоже было так на нее не похоже, что она фактически не узнавала сама себя. Женюсик бы точно сошел с ума, если бы Влада написала ему хотя бы отдаленно что-то похожее. Вот только думать о Женюсике сейчас не хотелось совершенно.

«Сделаю комплимент.