Он вышел ко мне один, без охраны. И сказал:

– Я хочу видеть сына.

Я предвидел такой расклад. И, зная, что сейчас стаббер напряженно смотрит на нас в бинокль, повернулся и махнул левой рукой.

– Что было бы, если б ты дал отмашку правой? – как бы между делом поинтересовался Директор.

– Вы проницательны, – кивнул я. – Но сейчас это уже неважно…

Итак, мы сидели за столом… а мои мутанты продолжали держать под прицелом Стену. Я не исключал любого расклада. Поэтому у Шерстяного тоже были часы и особые инструкции на случай, если я не вернусь, когда стрелки сойдутся на цифре «3».

Я только что рассказал все, и стаббер подтвердил мои слова."

"Директор задумчиво потер виски.

– И чего ты хочешь?

Золотая монета, пущенная моей рукой, покатилась по столу. Правитель Зоны прихлопнул ее ладонью, поднес к глазам, внимательно рассмотрел. Вопреки моим ожиданиям, пробовать на зуб не стал.

– Откуда я знаю, что она не из какой-нибудь старой коллекции, раскопанной на территории Москвы? – поинтересовался он.

Отличный вопрос. Если бы он спросил «что это значит?» или нечто подобное в этом роде, я бы в нем разочаровался.

– Много вы видели монет восемнадцатого века в такой сохранности? – задал я встречный вопрос. – Этот червонец не был в обращении и сразу с монетного двора попал в сундук.

– Действительно, анциркулейтед[7]! – выдал Директор мудреное слово. – И много у вас таких сундуков?

– Шесть, – сказал я. – И в каждом этого добра навалом. Это не считая изделий и золотого лома.

– И почему вы не сказали об этом сразу?

– А вы бы стали слушать бродягу, пусть даже с монеткой такого качества в кармане? – усомнился я. – Я ж не вчера родился и прекрасно понимаю, что предложение гор золота на эшафоте выглядит как попытка спастись любой ценой, а не как деловое предложение.

– Логично, – кивнул хозяин Зоны. – Теперь, как я понимаю, должно последовать то самое предложение, от которого я не смогу отказаться?

– Отказаться можно от любого предложения, – заметил я. – Но Кремлю нужна мощная технологическая база. Взамен они предлагают золото.

Директор невесело хмыкнул.

– Вы переоцениваете наши возможности. Многое из того, что вы видели, – показуха, не более. Заградотряду были отданы фактически последние запасы патронов только для того, чтобы маркитанты не заподозрили нас в слабости. Технологическая база у нас есть. Нет сырья для производства. Мы не можем в достаточных количествах производить элементарный бездымный порох, не говоря уж о свинце, который приходится выплавлять из старых автомобильных аккумуляторов. Поэтому приходится изобретать что-то более простое, но менее эффективное. Даже стабберы ходят в рейды не с автоматами, а с дульнозарядными ружьями.

– Знаю, видел, – кивнул я.

Так-так.