Если приглядеться, то можно увидеть узкую ленту дороги, вьющуюся по холмам. Так далеко! Нам ни за что не добраться.

Мы добежали до ближайшей ограды. Я пыталась отдышаться, всматриваясь в запутанный лабиринт проходов между могилами. Ларнис глядел в противоположную сторону, а я, трусиха, пока не решалась посмотреть в лицо врагам.

Барон тоже там? И Амер? На их лицах ненависть: как она посмела сбежать? Или торжество: все равно не уйдет!

Вдох-выдох. Вдох-выдох. Я знала, что они ближе с каждым шагом, чувствовала затылком. Порывы ледяного ветра кидали в лицо колючие снежные крупинки. Бурьян, разросшийся между надгробий, кивал, точно в ответ на мои мысли: «Вот и все, Лети. Вот и конец».

– Их двенадцать, Лети, – негромко произнес Нис. – Всего двенадцать. Не бойся. Я справлюсь. Стой здесь и жди.

Мой любимый, он видел, как мне жутко, и решил пощадить – выйти один на бой, сражаться, пока хватит сил. Но разве я настолько жалкая и трусливая, что позволю Нису погибнуть, защищая свою глупую подружку? Глупую курочку. Нет уж, сейчас я им всем покажу, кто тут курица!

Я глубоко вздохнула и резко повернулась. Преследователи как раз выходили из леса, с такого расстояния я не могла различить лиц, но узнала барона по золотому сюртуку, а Амера по красной накидке и копне волос, которые бились над его головой, будто черное пламя.

Всхлипнув, я принялась расстегивать амулет.

– Нет, Лети!

– Да, Нис. Нам иначе не справиться! А вместе – есть шанс.

И не дожидаясь возражений, я сунула амулет ему в карман.

– Сохрани его для меня.

– О Лети…

Нис прижал меня к своей груди, наши губы встретились – на миг среди холода и мрака сделалось тепло и радостно. И будто сама смерть, уже протягивающая к нам свои костлявые руки, отступила, сжалившись на мгновение.

– Нис, и еще, – торопливо прошептала я, приподнимая рукав рубашки и оголяя запястье. – Моя кровь тебе поможет. Я – универсальный усилитель, помнишь? И не вздумай сейчас спорить, времени нет! Потом, когда все останется позади, отругаешь!

– Не буду я тебя ругать, моя смелая девочка, – тихо ответил он.

Бережно поднес к лицу мою руку. Укуса я даже не почувствовала. Пока Нис стоял, склонившись над моим запястьем, я поцеловала его светлые волосы, припорошенные водяной пылью. Как же я тебя люблю, мой родной!

Мы встали плечом к плечу. Преследователи подходили все ближе, и теперь можно было разглядеть легкое презрение на лице барона, а на лице Амера азарт погони, и еще что-то… Предвкушение? Желание?

– Лети, если ты добровольно сейчас сдашься, то твой мужчина останется жив, обещаю, – сказал Чарльз Ви’Рем. – К нему не обращаюсь, потому что этот упертый баран не уступит. Всегда был такой.