На месте гордой воительницы оказалась растерянная юная девушка, чьи глаза блестели от слёз, а тело била крупная дрожь. Мьёльнир от такой перемены даже растерялся и неожиданно предложил освободить её, чтобы та «сс-с-сломала поганцу ноги». В качестве последнего видимо подразумевался Великий Мастер. Но это было бы не самым разумным решением. Во-первых, подобное означало бы открытый конфликт с японцами, а во-вторых, мне было интересно, как себя покажет артефакт, от которого до сих пор тянуло аурой Аматэрасу.

Поведение Асуки было вполне объяснимо — теперь японец говорил о решении Старейшин клана Абэ, которые ни много, ни мало единогласно выступили за изгнание девушки.

Отправив его самого для проведения ритуала.

Неожиданный поворот событий. Вместо того, чтобы развязывать войну с неизвестным родом из Российской империи, японцы предпочли изгнать её из клана. Это вроде даже смотрелось отчасти логично — технически, после проведения ритуала, в плену будет уже не одна из Абэ, а просто Асука. Лишённая фамилии, статуса и всех своих привилегий.

Вот финальные фразы, которые говорил японец, я понял не до конца.

Вернее, вроде разум и осознал их, но по-моему ошибся. Как они собираются лишить её всей силы и Дара? Это же смертные, в конце концов, а не божества.

Азиат, который так и не назвал своего имени, лишь единожды упомянув, что он является третьим клинком клана, замолчал. Вообще сегодня какой-то «день третьих». Один под этой цифрой стоит в очереди наследования, другой занимает её в плане мастерства владения оружием. Надо у Василия потом узнать — может он третий по старшинству правнук князя? Тогда совпадение будет ещё более занятным.

В следующую секунду Сандал ментально зарычал, а мне стало не до шуток — японец пустил в дело хитроумное плетение, что выстрелило сотнями нитей силы к Асуке. Причём, он не задействовал его самостоятельно — схема укрылась в том самом медальоне, который привлёк моё внимание.

А следом произошло нечто вовсе удивительное. Я понял, почему артефакт слегка фонил аурой Аматэрасу. Разгадка была очевидной и будь я в своём старом мире, сразу бы пришла на ум. Но здесь я даже не подумал о такой возможности.

Медальон был проводником божественной мощи.

Если быть более точным, той силы, которую боги иногда даровали своим старшим жрецам для защиты реликвий, храмов и преданной им паствы. Той самой, что прямо сейчас полыхала внутри японца, освобождённая от полога и вырвавшаяся наружу.

Хорошая новость была в том, что я разгадал его тайну. Но имелась и плохая — он тоже почувствовал мою «искру». Сложно не заметить сгусток божественной мощи, когда внутри тебя самого похожая энергия, которая прямо сейчас пронизывает всё вокруг.