Одни Рюриковичи, если их собрать и заставить пойти в бой, дорогого стоят. Ну а если добавить к этому сотню князей с их гвардией и членами семей, даже Абэ проще было бы сразу сдаться, чем воевать.

Вот теперь я начал понимать. Но проблемы всё равно не видел. Раз прошлый император гарантировал безопасность Маховых, значит у него были на это резоны. И вряд-ли личные — в таком случае, правитель вмешался бы куда раньше. Например, пока на улицах Шанхая ещё кипели бои и был шанс переломить ситуацию в пользу рода. Но он влез только в момент, когда Маховы уже были разбиты.

Это означало, что интересы рода перекликаются с государственными. А раз так, следующий правитель империи должен обновить договор, поставив свой отпечаток силы и предоставив такие же гарантии.

— Почему ты думаешь, что новый император не подтвердит договорённость?

Георгий нервно рассмеялся.

— Потому что это цесаревич! Знаешь, почему его вообще держали в наследниках? Чтобы дать мотивацию всем остальным. Не останавливать свой выбор на том, кто действительно займёт трон, а поставить на вторую позицию идиота, которого до него в жизни не допустят.

Яростно выдохнув, добавил.

— Трое отпрысков императора отчаянно бились за право занять его место. Из кожи вон лезли, чтобы доказать отцу свои способности. Теперь же главным станет тот, кого использовали в качестве временной заплатки.

Ситуация ещё чуть прояснилась. А я задал вполне очевидный, при таком положении дел, вопрос.

— Но император же ещё жив? Он может выбрать другого?

Махов с сожалением покачал головой.

— Не приходит в сознание. А значит не сможет заверить документ силой. Без этого он не будет считаться действительным.

Для его рода, всё это могло и правда обернуться окончательной гибелью. С другой стороны, я сюда и явился лишь для того, чтобы предложить свою помощь.

— Что именно было в том договоре? Точного текста нет ни в одном источнике.

Думаю, на самом деле он есть. Где-то в недрах Императорской канцелярии точно должен иметься. Но туда не смог забраться даже Бельский.

Георгий тяжело вздохнул и на момент отвёл глаза. Потом, как будто что-то вспомнив, вопросительно уставился на меня.

— Подожди-ка. Давай ты сначала расскажешь с чем сам пришёл?

Смена линии беседы, заставила на секунду задуматься. Обстоятельства изменились, так что выстраивать разговор придётся чуть иначе. Впрочем, основная канва сохранялась.

— Твой род проиграл старую войну. Оказался разгромлен и низвергнут. Как я понимаю, вас окончательно не раздавили, лишь благодаря имеющейся силе. Зато превратили в пленников и лишили возможности развиваться.

Я замолчал, а патриций недвижно сидел в кресле, ожидая продолжения. Как мне показалось, с вполне отчётливым напряжением.