Обсуждали погоду, сидя на лавочках в парке у центрального входа в больницу.

Ступив на тротуар, услышала, как под ногами крошится мелкий лед...И вроде все как всегда. Ничего вокруг не изменилось...

Но стало вдруг другим — серым и совершенно мне безразличным.От остановки отъехал переполненный аэробас. А следующий ждать еще неизвестно сколько. Мысленно махнув рукой на общественный транспорт, пошла по обледенелому тротуару...

Бредя по улицам, все не могла сообразить, как жить дальше. Мир словно превратился в сплошное черно-белое пятно. Я смотрела на счастливых людей, встречающихся мне на пути, и злилась на них. Меня приводили в бешенство молодые мамы с детишками.

Почему их дети живы, а моей крохи нет!

Почему я? Я ведь так хотела... Так мечтала.

Но больше всего в данный момент я ненавидела Марджи!

Это все он! Мы копили деньги. Мечтали о новой квартире, большей, чем моя комнатушка.

И ребенка он поначалу хотел. Мы обсуждали с ним это много раз...А когда у меня получилось забеременеть, Марджи отстранился. Не сразу, но с каждым днем его холодность стала заметнее.

По первой, не возвращаясь домой на ночь, говорил о работе. Что нужно зарабатывать больше. А потом и вовсе перестал объясняться.

И исчезать начал на сутки и дольше.

Я, как дура, думала, что для него такие изменения в семье — стресс. Что груз ответственности давит. Что он наверняка работает и не хочет, чтобы я знала где.

Такие сказки для себя придумывала, а он банально нашел другую.Ту, с которой не нужна эта самая ответственность.

Как же я его презирала!

Это все он. Это Марджи навлек несчастье на мою кроху! Он так сильно его не желал, что притянул беду.

Ненавижу! Все зло от мужчин!

Ни одного больше не впущу в свою жизнь!

Ни одного!

... Несколько раз свернув не туда, я все же добрела домой.

Серое невзрачное трехэтажное здание вызвало приступ удушающей тоски. Поднимаясь по лестнице на первый этаж, поняла, что снова плачу. Там дома стопочкой сложены маленькие вещички, что мне заранее отдала коллега. Так у нас в школе было принято. Взаимовыручка.

Да у меня была хорошая работа. Почетная. Учитель младших классов. Только вот сейчас я не желала возвращаться в собственный кабинет и слышать детские возгласы.

Мне было больно.

Провернув ключ, вошла в квартиру и замерла.

Бардак. Кто-то перевернул все вверх дном. На полу валялись мои вещи, постельное белье. У самых ног прямо на коврике крошечный чепчик. Подняв его, прижала к груди.

Марджи! Мерзавец!

Похоже, он успел собрать свои вещи.

— Да будь ты проклят! — выдохнула я, утирая слезы. — Подонок!

Не разуваясь, прошла в единственную комнату-студию и по привычке включила чайник на газовой плите.

Прошлась взглядом по полкам и не обнаружила баночки с растворимым кофе.