— Давай и поторопись. — марионер внимательно следил за нами своими яркими желтыми глазами.

— Мама, быстрее, — подогнала меня Оюта.

Собравшись с силами, я как можно быстрее скрепила лоскутки кожи на груди мужа.

— А теперь спина, — с этими словами Ратхар ловко повернул моего гурсана набок. Шу захрипел и что-то пробормотал на непонятном мне языке. Тихо застонал и умолк.

— А папа скоро проснется? — Оюта, втянув голову в плечи, взглянула на старшего миранца.

— Вот как я хвост на свой корабль унесу, так и пусть просыпается, — Ратхар широко улыбнулся, демонстрируя клыки.

— Я думаю, папе не понравится, что вы его усыпили, — хохотнул за моей спиной Марк.

— Ему это очень не понравится, — миранец закивал и хитро взглянул на Сунира. Тот сел ровнее и как-то напрягся. Видимо, сообразил, кому достанется больше всего...

... Через несколько минут я уже обрабатывала рану Шу противовоспалительным средством. Голова слегка болела и перед глазами то и дело мельтешили черные крапинки. Передвигая ногами, с удивлением отмечала, что почти их не чувствую. Они словно занемели. Гель окончательно затвердел и облегчил мои страдания.

— Ну вот и всё, — Ратхар взял шприц-пистолет и сделал ещё один укол в плечо Шу. — Пусть поспит немного. А я к себе...

Распрощавшись с нами, рыжехвостый ускользнул. Я же, собрав куски порванной Суниром, окровавленной рубашки мужа, придерживаясь за стену, дошла до утилизатора и выбросила их. Взглянула на панель управления. Там на огромной карте синими пунктирными линиями выстраивалась траектория через звезды, и конечной точкой ярко горела Оюта.

— Ма, — дочь следовала за мной по пятам, чтобы подстраховать. — Представь! Оюта наконец летит на Оюту!

Улыбнувшись, я кивнула и тихо рассмеялась. Может, на нервах, а может, и от счастья.

Мы действительно летели на Оюту. Живые и относительно целые.

Но главное все вместе.

Глава 37.2

***

Два дня спустя

— Луиза, — что-то теплое коснулось моего лица. — Завтрак готов, соня.

Распахнув глаза, уставилась на Шу и нахмурилась. Он не просто стоял на ногах, а ещё и нависал над моей капсулой. Непривычно растрепанный, волосы торчком. На губах проказливая улыбка. В серых глазах озорной огонек.

— Господин ШуЭхор, вы почему не лежите? — выдохнула и придирчиво осмотрела его плечо. Немного криво стянутая рана медленно подживала, но покраснения не было, лишь небольшая припухлость у скоб. — Зачем ты встал? Что с шишкой на затылке?

— Ничего, — уголки его губ приподнялись выше, — на месте она. Никуда не делась. А встал, потому что все со мной уже нормально.

— С чего ты это взял? Рано еще, — я сама попробовала приподняться на локтях, но меня нагло остановили, положив руку на грудь и мягко опрокинув обратно.