Она уверяет, что он точно не мог, но я исключений не делаю, проверяю всех. Не факт, что знакомый Диляры мог навредить семье Полины, но согласись, что совпадение странное.

– Правильно. В Саиде мы тоже были уверены, – произнес я мрачно, раздраженный, что расследованием занимается брат. Я бы хотел делать это сам, но теперь ограничен, поэтому могу действовать лишь мозговым штурмом. – Просмотри его звонки в тот день. И выясни, есть ли какая-то связь с Саидом. Не нравится мне, что мы не знаем, как Диляре удалось уговорить Саида помочь ей сбежать. Просто так он бы не стал подставляться. Даже ради денег. Платили мы всё же ему немало.

– Понял, Карим. Я займусь. Что насчет родителей?

– А что с ними? – усмехнулся я, уже зная, что они полностью на стороне Диляры даже несмотря на то, что Асхатов-старший находится под следствием. Как вбили себе в голову, что она носит наследника Мансуровых, так и помешались на ней.

– Твоя мать постоянно требует, чтобы тебя вернули в больницу. Не верит, что Диляра хотела отключить тебя от аппаратов и подкупила врачей, чтобы держали тебя в искусственной коме.

– Пока у нас и самих нет доказательств, чтобы образумить родителей, – тяжело вздохнул я. – В любом случае пусть пока держатся в стороне. Не говори им адрес. Как окрепну, сам поговорю с ними с глазу на глаз. О моем местоположении должны знать только ты и Полина, понял? Больше никаких посторонних. И приставь к Полине охрану. Ее отец хорошо справляется с ее защитой, но мне так будет спокойнее.

– Хорошо, Карим.

Воцарилась пауза. Я хотел было узнать о Рамине, помнил, что он неожиданно женился на ней, но в этот момент зазвонил его телефон. Судя по его молчанию и напряжению, это была моя мать. Он сразу же взял трубку.

С потерей зрения у меня обострился слух, и я слышал угрозы и плач матери, которая напирала на Амира, чтобы тот выдал наше местоположение. От ее сумбурных криков у меня разболелась голова, и я на какой-то момент пропустил, зачем она звонила.

Когда Амир закончил разговор, я обернулся на звук его движений.

– Что она хотела? Снова давила на жалость?

Воцарилась тишина. А затем прозвучал мрачный голос Амира.

– У Диляры угроза выкидыша. Скорая привезла ее в больницу.

Глава 8

Карим

– Сейчас я посмотрю, не спит ли он, – услышал я голос брата, который тихо с кем-то разговаривал. – Карим? – позвал он меня со стороны.

В моей новой реальности ориентироваться приходилось только на звуки и ощущения, и я даже встрепенулся и выпрямился на инвалидном кресле, вцепившись руками в ручки, надеясь, что это пришла Полина.

Еще лучше, если бы она пришла с Дианой.