Рядом с прилипшей к стене девушкой нарисовалась парочка парней в форме и фуражках.

– Ну, что, милая, – оскалился один из дружного дуэта. – Предъявите ваши документы!

Голос звучал насмешливо и противно. Маруся вскинулась, расправила плечи, вздернула подбородок.

– Оглохла? Ксиву гони! – не очень дружелюбно рявкнул второй.

И, как назло, ни единого знакомого лица. Ни того самого вышибалы, что подвозил ее в первый и единственный рабочий день, ни официанта. И, конечно же, документов тоже нет.

– Не имеете права! Я знакома с хозяином клуба лично! – возмутилась Маруся, когда один из полицейских схватил ее за руку и заломил назад так, что слезы выступили на глазах.

– Знаем мы, как девочки вроде тебя знакомятся с крутыми мужиками! – сально усмехнулся второй и похлопал резиновой дубинкой по бедру Маруси. – Ты хоть школу закончить успела, перед тем как научилась заглатывать? Тебя родители не учили, что торговать телом в нашей стране нельзя? Придется тебе, крошка, проехать с нами! До выяснения, так сказать.

Маруся прищурилась, запоминая лицо и звание охреневшего мента. Что ж, скандалить девушка не собиралась. А вот мысленно дать себе обещание, что эти двое пожалеют, – запросто.

Офицеры увели Марусю по служебному коридору, миновав главный вход. А уже на улице, когда один из них насильно впихивал Заверину в служебный «бобон», второй вернулся к дверям запасного выхода.

Маруся почти ничего не могла рассмотреть через решетки и мутное стекло. Да и достаточно стемнело уже. Но вот руку с зажатыми купюрами разглядела четко.

Рука была женской. И у Маруси не нашлось иного подозреваемого, кроме как славный администратор по имени Ирина.

* * *

Плановый рейд Русу был совершенно не нужен. Вот абсолютно не в тему. Тем более сегодня. И у Нагашева появилось подозрение, что неспроста это все.

Но Ирка ныла, что менты ее футболят, а «подмазать» нужно. Да и сам Рустам понимал – без этого никак, и не хотел портить вечер разборками. На репутации клуба опять же скажется.

В итоге пришлось оставить Марусю и постараться утрясти все дела как можно быстрее.

Но, как назло, рабочих моментов вылезло до хрена, и Рустам вернулся в випку только минут через тридцать.

Выходит, облажался он. Слово не сдержал. И от этого на душе было погано.

Да и шевелилось что-то мутное под грудиной, ныло, не давало покоя.

Не подвело чутье.

В коридоре, ведущем в кабинки на втором этаже, взгляд зацепился за что-то черное на полу. Смутно знакомый предмет.

И как бы сильно не хотелось Русу оказаться рядом с малышкой, а интуицию он не смог проигнорировать.

Подхватил странную вещицу. Понял, что сумка дамская. И до боли знакомая.

Потому что еще в квартире у Маруси взгляд выцепил этот аксессуар.