А я не могу забеременеть! – воскликнула девушка.

Рустам смотрел на чудо, напряженно застывшее в его руках. Хотел было рассмеяться от того, что напряжение схлынуло, ведь опасности нет. Но девчонка только расстроилась бы.

– Марусь, ну глупости же. Мы вместе недавно совсем. Все у нас еще будет, – улыбнулся Рус. – Тебе восемнадцать только. Да и я, знаешь ли, не старик пока. Времени у нас валом.

– Но мы же не предохранялись ни разу! – горько прошептала Маруся, она смутилась жутко, покраснела. А у Руса от этого милого румянца все мозги перемкнуло. Мысли утекли в одном единственном направлении.

– Марусь, да вот глупости же. Все будет. Обещаю! – твердо заявил Рустам.

Маруся попыталась отстраниться от Рустама. Надо же, чего удумал! Как они вообще смогут… Если у нее там вот-вот начнется грандиозный поток. Пусть не начался еще, но тянущая боль внизу живота четко сообщала о скором начале веселеньких дней.

– Или я слова не держал никогда, малыш? – требовательно нахмурился Рустам, преодолев мимолетное сопротивление, и подтянул Марусю выше, по своему телу, показывая, как он реагирует на нее, Маруську.

– Держал, – кивнула девушка, прикусив губу.

А шальные мысли завертелись вокруг весьма щекотливой темы. Ведь не страшно, если они прямо сейчас, ну…? Или как?

– Вот то-то же! – пробормотал Рус. А терпеть дольше не мог. Ну разве же устоять перед таким соблазном? Когда Маруська перед ним, смущенная, с румянцем на щеках, а руками поглаживает его по груди и плечам, пробираясь под расстегнутую рубашку. Возможно, девчонка и сама не осознавала, что ладошками уже гладила не ткань одежды, а горящую огнем кожу Руса. Но Нагашева все устраивало. Без вариантов.

В итоге Рустам не нашел в себе сил, чтобы вернуться в спальню. Подтолкнул жену к огромной ванне, врубил воду и принялся доказывать своей малышке, как сильно ее любит.

Маруся не очень сопротивлялась, наоборот постанывала от удовольствия, целовала в ответ пылко и жадно, даже кусалась. Словом, Рустаму удалось отвлечь ее от грустных мыслей. Потом, когда стихла страсть, Рус завернул Марусю в огромное полотенце и отнес в постель.

Дневной сон сморил девчонку, а Рустам устроился на кровати рядом. Лежал, перебирал влажные девичьи локоны и размышлял о том, что сказала Маруся.

Ведь и правда. Сколько раз они занимались любовью за все это время. А «залета» нет.

Рус взглянул на свою правую руку. Золотой ободок плотно обхватывал безымянный палец. У Нагашева под грудиной разливалось тепло всякий раз, когда он смотрел на это неброское украшение.

Сжал руку в кулак.

Появилась мысль, что совсем не в Маруське дело. Это он, Рустам, виноват в том, что беременность пока не наступила. Что это ему наказание такое. Ведь сколько зла он успел натворить за то время, пока шел к намеченной цели.