Сперва Джульетта не ответила.

— Я сказала слишком много, — сказала она, помолчав. — Мне надо идти.

— Нет, подождите. Помогите мне понять. Вы проложили туннель из одного укрытия в другое?

Шарлотта склонилась над столом, опять разложила записи и выхватила из них карту. Перед ней лежала одна из тех головоломок, которые не имеют смысла до появления нового правила или какой-либо иной информации. Она проследила одну из красных линий от одного из укрытий к точке, помеченной словом «СЕМЯ».

— Думаю, это важно, — продолжила Шарлотта, ощущая прилив возбуждения. Она увидела, каковы будут запланированные правила игры, что произойдет с ними через двести лет.

 — Вы должны поверить мне на слово, но я из старого мира. Честно. Я видела его с растениями, что росли над землей. И те развалины, что вы видели... они не тянутся вдаль бесконечно. Я успела это увидеть. А копатели, как вы их назвали... Кажется, я знаю, для чего они предназначены. Слушайте. У меня есть карта, которую брат считал важной. На ней изображено множество линий, ведущих к месту, обозначенному «СЕМЯ».

— Семя, — повторила Джульетта.

— Да. Они похожи на полетные трассы, и я в них не видела никакого смысла.

Но я считаю, что они ведут в лучшее место. И найденный вами копатель предназначен не для прокладки туннелей между укрытиями. Я думаю, что...

Шарлотта услышала за спиной звук. Она с трудом поняла его значение, хотя и ожидала его часами и днями. Она так привыкла к одиночеству, несмотря на страх, что за ней придут, и четкое знание, что ее ищут.

— Вы думаете — что? — спросила Джульетта.

Повернувшись, Шарлотта увидела, как дверь в комнату управления дронами распахнулась. В коридоре стоял человек, одетый в точности так же, как и те, кто держал ее брата.

Он пришел за ней в одиночку. И приказал оставаться на месте, подняв руки. И направил на нее пистолет.

Из рации все еще доносился голос Джульетты. Она просила Шарлотту продолжить, рассказать, для чего нужны копатели, ответить ей. Но Шарлотте было сейчас не до этого, она подчинилась приказу вошедшего, подняла одну руку над головой, а вторую — насколько позволяла ей боль. Она знала: все кончено.

47

УКРЫТИЕ 17

Взрыкнув, генератор ожил. Глубоко внутри огромной землеройной машины застучал дизель, и цепочка лампочек в насосной, генераторной и главном зале Семнадцатого укрытия замерцала и разгорелась.

До смерти уставшие механики радостно завопили и захлопали в ладоши, и Джульетта поняла, насколько важны такие маленькие победы. Там, где прежде все заполняла тьма, теперь засиял свет.

Для нее каждый вдох был маленькой победой. Смерть Лукаса стала грузом у нее на груди, равно как и утрата Питера, Марши и Нельсона. Все в АйТи, кого она успела узнать ближе и простить, тоже погибли.