Он объявил свою цену, а мы ее заплатили. Пусть теперь сам мучается.

— Я в восхищении, царственный, — едва слышно прошептал Кулли. — Я уж боялся, что не довезем его до места. Думал, парень бросится в воду по дороге. Эта девчонка — настоящее сверло.

— Передай ему, что если он не построит мне храм, я отошлю их обоих домой, — ответил я. — Порознь. Он приступает завтра. И начинай учить его нашему языку.

Анхер пришел ко мне уже через неделю, притащив с помощью трех человек свой проект, поставленный на сколоченный из досок щит. Слепленная из глины модель храма не впечатлила меня вовсе.

Анхер не услышал меня и сделал то, что видел множество раз в своей жизни: тяжеловесный египетский храм, где всегда темно, как в подвале морга. Лес толстых колонн скрывает пространство, да только нет у меня этого пространства. Храм у меня получится по египетским меркам крошечным, а потому вся красота его будет не изнутри, а снаружи.

— Смотри! — сказал я, положив на стол кусок камня, и Кулли залопотал на незнакомом языке. — Вот мрамор. Его добывают на соседнем острове, и он хорошо обрабатывается резцом. Тот храм, что хочешь сделать ты, нужно строить огромным, и тогда он станет внушать трепет всем, кто войдет в него.

В наш храм позволено входить лишь избранным. У нас слишком мало места, и все богослужения будут вестись на улице. Мрамор может дать нужную легкость, а это совершенно необходимо для святилища, которое увидят с моря все проплывающие корабли.

Я взял серебряный карандаш и папирус, и несколькими штрихами обозначил классический портик с колоннадой. А потом то же самое в разрезе, со статуей в наосе.

— Я сделаю, господин! — склонился мастер, и эти слова я понял даже без перевода.

Анхер и впрямь оказался неглупым парнем. Он с лету понял, что такое акведук, замковый камень, и как с помощью арки облегчить вес конструкции. А еще сегодня утром я показал ему, как из вулканического песка, извести и морской воды делать бетонные блоки любой формы. А потом показал прялку с ножным приводом и модель водяного колеса. Мне кажется, я уже могу преспокойно отослать его ненаглядную Нефтер домой, и он этого даже не заметит. Он увлечен новым знанием.

А вот мне позарез нужен храм. Он сделает остров Сифнос священным, а меня — настоящим повелителем моря, признанным самими богами.

Без этого я не смогу подняться над другими царями, которые с остервенением голодных волков рвали на куски остатки этого несчастного мира.

* * *В то же самое время. Микены."

"Феано пыталась сопротивляться, но приказ царя Менелая обсуждению не подлежал. При первых же признаках опасности юный царевич должен быть укрыт в цитадели Микен. И Феано вместе с ним, раз уж она его мать. Страшные времена наступили для царств Пелопоннеса.