Сейчас, без красной помады и этого вызывающего платья, Лесси выглядела гораздо привлекательней. На мой вкус.

— Почти? — переспросил я.

— Да, ни одна дама не будет в здравом уме таскать с собой кирпич, какую бы моральную ценность он не представлял. Ну, разве что он вылит из золота.

— Хах, оно почти так и есть. Макар, тебя назвали золотцем, — сказал я тихо, чтобы больше никто не услышал.

— А на каком расстоянии работает этот кирпич?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Проверять с рулеткой не доводилось. Но если вспомнить наши посиделки в том многоквартирном доме, то метров сто точно есть. Может, и больше. Узнаем наверняка, когда кто-нибудь умрет с рулеткой в руках, и Макар сможет её отжать.

Лесси тихонько рассмеялась.

— Спасибо. Я верну тебе его завтра в то же время.

— Хорошо. Главное — не сломай. Хотя, наверное, не просто сломать кирпич, которым уже и несколько голов успели разбить.

* * *"

"Макар получил от Алексея четкие инструкции. И самой главной из них было — не высовываться на проходной, а то среди дежурных может оказаться кто-то из видящих.

Поэтому невидимым энергетическим фоном он следовал за пакетом, который Лесси унесла из училища. Благо, что на выходе ее большую сумку, куда могло с лёгкостью поместиться три бутылки вина никто не осматривал. Как уже говорилось в шутках, главный досмотр будет при возвращении кирпича владельцу. Об этом Макар переживал куда больше, чем о предстоящем задании.

Мёртвому подростку нравилось чувствовать себя шпионом, словно он сам попал в боевик.Макар поймал себя на мысли, что его жизнь после смерти стала куда интереснее. С появлением Алексея.

Лесси вызвала такси и поехала домой. Потом незаметно стащила у сестры ключи от машины и подложила кирпич туда под заднее сидение. Теперь началось самое скучное в работе призрачного шпиона — ожидание. Благо длилось оно недолго.

Сестра Лесси села в машину в десять часов вечера. Поскольку Макару было скучно, то он следил за тем, как сменялись цифры на панели управления авто.

А теперь у него появилось новое развлечение. Он разглядывал девушку, имени которой ему никто не сказал. Она была очень похожа на Лесси чертами лица, но вот волосы её были угольно-чёрные.

Макар пожалел, что со смертью утратил способность чувствовать вкусы и запахи. И ему оставалось лишь предполагать, как пахнут духи этой незнакомки.

Так, погруженный в мысли и сожаления о собственной смерти, он не заметил, как машина остановилась. Мотор заглох, а девушка вышла из машины.

Макар последовал за ней, надеясь, что заложенного в кирпич расстояния хватит для слежки.

Улицу освещали два фонаря, и то он из них мигал, навеивая мрачную атмосферу. Но до кладбища этому пустынному проспекту было далеко.

Девушка прошла в трехэтажное старое здание.