Я кивнул, после чего он жестом указал мне присаживаться напротив потерпевшего.

Оправдываться я не собирался, поэтому ждал, пока мне начнут задавать вопросы.

— Вы только приехали, а уже устроили драку. Так быстро ко мне в кабинет ещё никто не попадал, — сурово проговорил Яршин.

— Какое последует наказание? — спросил я, не став ходить вокруг да около.

Интуиция подсказывала, что с такими людьми стоит вести себя прямо. Они не любят, когда мямлят или оправдываются. Поэтому я начал разговор с того, чем обычно заканчиваются подобные беседы.

— Вы видели регатов? — ответил он вопросом на вопрос.

— Слышал, — продолжил я придерживаться собственной легенды.

— Слышали, — скептически произнёс он и выждал паузу.

А вот парень со сломанной челюстью выпучил глаза и посмотрел на меня совершенно иначе. Словно он… ну не знаю, приведение увидел. Хотя, как я понял, в этом мире подобное не такая уж и редкость.

— Да, слышал. И убил одного. У вас же в отчёте всё написано. В том, что лежит на столе.

Яршин повернулся к парню со сломанной челюстью и указал:"

"— Гаврила Анатольевич, можете быть свободны. Не забудьте до утра посетить целителя, иначе не сможете отвечать на уроках.

— Но… — попытался возразить парень.

— Идите, — строго указал он.

И от этого голоса даже у меня прошёлся холодок по спине.

Яршин подождал, пока наш потерпевший скроется за дверью, а затем снова обратился ко мне:

— Я напрочь сломаю вашу легенду. А то и дальше продолжите веселить учителей. Видящие на то так и называются, что могут видеть. Всё, без исключения. А вот слышать и чувствовать запах регатов могут лишь единицы. Самые одарённые. Понимаете, о чём я?

— Да. — Сухо произнёс я. В этот момент во рту действительно всё пересохло, а сердце застучало немного чаще.

Твою мать! Ну какого хрена мне так везёт?

Моя легенда развалилась в прах банально от незнания основ этого мира. Хотел показаться слабым, а в итоге все понимали, что всё с точностью до наоборот.

— Вы можете назвать мне своё реальное имя, а я обещаю хранить его в секрете.

Я лишь хмыкнул и продолжил размышлять. Но спустя секунду всё же ответил.

— Алмазов Алексей Дмитриевич, — с расстановкой произнёс я.

— Ясно, — выдохнул генерал и закрыл папку с моим делом. — У вас личные вещи есть?

— Нет. Только кирпич.

— Кирпич? — С недоумением посмотрел на меня генерал.

— Да.

— Хм. Кирпич… Ладно. — После недолгой паузы, где он, видимо, решил, что я пошутил, он продолжил говорить. — Что, даже телефона нет?

— Ничего нет. От слова совсем.

— Ясно. Не думайте, что вы особенный. С вами лишь мороки много, потому что поступили после начала учебного года.

Он открыл ящик стола и достал карточку, похожую на кредитку, только без чипа.

— Вот держите, это электронный билет. — Продолжил он.