Я имею в виду, что с ними лучше не связываться, особенно если не знаешь всех этих глупых отзывов, которые они все время меняют!

– А кто они вообще такие? – осторожно спросила Таня.

– Усыня, Горыня и Дубыня? – Забинтованный поскреб затылок. – Ну, они того... как бы тебе объяснить... вроде богатырей-вышибал, неплохих, но с дурью в башке. Их, конечно, можно позвать, но только в крайнем случае... Когда, к примеру, нежить совсем уж допечет. Но и тогда это нежелательно, потому что кто знает, чего они такого выкинут. Лучше уж самим с нежитью разбираться, пока силенки есть.

«Кажется, кое-кто уже разобрался», – подумала Таня, уже без прежнего ужаса глядя на его бинты. Разговаривать с мумией ей было жутко непривычно. С другой стороны, она начинала понемногу входить во вкус. Страх выветривался.

«Так это вас нежить так?» – хотела спросить Таня. Точнее, она еще только рот открыла, чтобы спросить, как ей уже ответили.

– Ничего подобного! – Мумия возмущенно замахала загипсованными руками. – Нежить тут ни при чем. Это меня дракон проглотил. Иначе разве я полетел бы на этой кошмарной кровати? Да ни за какие коврижки – чтоб меня все ребята на смех поднимали? В обычное время у меня есть отличный пылесосик семисотой серии – просто игрушечка! Турбонаддув, два платка безопасности, хромированная труба, кондиционер с ароматом абрикосовой наливки и прочие прибамбасы.

Стоило ему упомянуть дракона и с восхищением отозваться о пылесосе, Таня тотчас вспомнила, где она прежде слышала этот голос! Да только что – по волшебному контрабасу!"

"– Послушайте... А вы не... не Баб-Ягун? Неунывающий и всеми любимый? Но ведь вас съел дракон! Я слышала, как вы крикнули, – и хрум-хрум... И было это... ну совсем недавно... Как же вы успели из драконьего живота?..

Баб-Ягун весело посмотрел на нее незабинтованным глазом. Его скулы – те их части, во всяком случае, что были видны, – зарделись от удовольствия.

– Он самый... Как же ты узнала? С меня же еще не сняли лечебные заклинания и даже обмотали меня всего, чтобы костеростки не разбежались. Их ведь на здорового человека нельзя сажать – ничего хорошего из этого не выйдет. Меня бабуся моя и та едва узнала в этих бинтах и в гипсе.

Таня хотела спросить, кто такие костеростки, но не стала. Вряд ли это что-то очень симпатичное.

– То бишь я Ягун и есть! Только вот что... ты-то откуда знаешь, кто я такой?.. Я ж тебе не представлялся? Волшебная татуировка на пятке тоже вроде не видна... – продолжал Баб-Ягун. Неожиданно он на миг прищурился и искоса взглянул на Таню.

У той вдруг как-то странно защекотало в волосах, и не только в волосах, но и под волосами, в самой голове.

– Нет, матч был неделю назад, – как ни в чем не бывало продолжал Баб-Ягун. – Ты слушала не саму прямую трансляцию, а ее повтор...