Спускаюсь на несколько ступенек и замираю. Кит проносится мимо меня.

— Кит! Стой же. Давай поговорим!

— Да пошел ты! — кидает отцу сводный и больше я ничего не слышу.

Вместе с отчимом спускаемся в холл первого этажа. Парня нигде нет. Во дворе агрессивно ревет мотор мотоцикла и открываются ворота.

— Ты мне можешь объяснить, что случилось? Он обидел тебя? — обращается ко мне отчим. — Где вы были?

— На треке, — решаю ответить только на последний вопрос. — Он занимался с командой. Потом попытались погулять и вернулись домой, — отчитываюсь я.

— Попытались погулять? — усмехается отчим.

— Ему стало скучно, — пожимаю плечами. — дядя Влад, а можно спросить? — он кивает. — Почему «Кит»? — решаю зайти издалека. — Это ведь не имя, но его все так называют. Даже вы.

— Производное от Кирилла Толмачева. «Кит» прицепился еще в начальной школе. Ему нравится. Дошло до того, что даже учителя чаще называли его именно так.

— А «Кирилл» ему совсем не нравится? — не унимаюсь. Мне кажется это важным. Словно зацепка, которая поможет разобраться с тем, что с ним происходит.

— Киром только не называй, — грустно улыбается отчим. — С тех пор как не стало его матери, такое сокращение у нас под строгим запретом. Его психотерапевт говорит, что для Кита это один из сильнейших триггеров. Они пока эту тему не прорабатывали.

— А что случилось с его мамой? Ой… — прикусываю язык. — Простите.

— Это закрытая тема, девочка. Не лезь в нее, ладно? А можно я тоже спрошу, Лада, раз у нас вышел такой разговор? — переводит он тему.

— Конечно, — стараюсь искренне улыбнуться, хотя мыслями уже совсем в другом месте."

"— Что происходит между тобой и моим сыном? Мне кажется, это не просто война сводных, — посмеивается отчим.

— Не знаю я, что между нами происходит, — улыбка тут же стекает.

— Давай я тебе немного помогу. Ты ему нравишься. Я уже несколько раз ловил знакомый интерес в его взгляде именно тогда, когда Кит смотрел на тебя. Но он упрям и у него большие проблемы с доверием. Я был бы рад, если бы у тебя получилось до него достучаться. И возможно именно ты, детка, сможешь убедить моего парня, что нельзя так отгораживаться от тех, кто искренне хочет ему помочь. Попробуй, пожалуйста.

Отчим по-отечески целует меня в лоб и уходит, а я иду на улицу. На дорожке перед воротами черный след от шин мотоцикла.

Вот куда он умчался в таком состоянии?

На душе мерзко скребутся кошки. Из головы никак не выходят мои выводы и разговор с отцом Кита, или точнее Кирилла. Я ведь права оказалась насчет доверия. Он хочет, чтобы ему верили, но совсем никому не верит сам. И получается замкнутый круг.

От этого бесконечно тяжелого вечера начинает болеть голова. Возвращаюсь в комнату, забираюсь в кровать, но уснуть снова не выходит. Толмачев опять занял все мои мысли собой.