— Мы чуть не упали!

— Мы не упали, — это главное.

Больше ничего не хочу объяснять. Ни то, что все было под контролем, ни то, что последний манёвр был выполнен специально. В ее голубых глазах полыхает адреналиновое пламя. Знакомое такое, родное.

Задираю футболку вверх, оголяя перед ней торс. Три красные, набухшие полоски от ее ногтей красуются чуть ниже солнечного сплетения.

— Посмотри, что ты сделала, — веду пальцем по ранкам, собирая мелкие бисеринки крови. Подношу к губам, слизываю под ее удивленным взглядом. — Больно, между прочим, — делаю еще один шаг к ней, целую, зная, что она сейчас почувствует вкус моей крови. Он металлом расползся по всему языку, и я ласкаю им ее ротик.

Отстраняюсь, сминаю ее губы пальцами.

— Вкусно? — интересуюсь, склонив голову на бок.

— Дурак! — фыркает она.

Рассмеявшись, беру байк за руль и качу его на территорию клуба. Лада идет за мной, всем своим видом изображая возмущение.

Здороваюсь с парнями, с владельцем. У нас сегодня отработка командного заезда. Гордей в наблюдателях. Ладу оставляю с ним.

Игрок я ни хрена не командный. Мне пока сложно, ведь иногда приходится уступать своим, а я так не умею. Пару раз едва не роняю парня, обгоняя его на опасных поворотах. Он злится. Как только мы останавливаемся, кидается на меня. Толкает в грудь и орет.

— Эй! Эй! — нас растаскивают Гордей и один из гонщиков. — Оба не правы! — рявкает Калужский.

— Почему?! — бесится явно лидер этой команды. Я их еще толком не знаю, но в нем ощущается интересный соперник.

— Потому что ты видел его! Надо было пропустить! — на повышенных тонах пытается донести Гордей.

— Он должен был уступить. Нахрена своих топить?! Выигрывает команда!

— Я пока не вижу команду. Пока ты, — Гордый толкает в грудь парня, — пытаешься доказать ему, — кивает на меня, — что ты главный. А главный здесь я! И либо вы делаете так, как сказал я, либо валите отсюда нахер! Оба! Я не собираюсь соскребать ваши тела с тренировочного трека, у меня тут еще дети занимаются! Вдвоем встали на стартовую и учимся уступать друг другу до тех пор, пока баки не осушите. Остальным смотреть и учиться.

Лидер нашей команды скалится с вызовом. Я отвечаю. Гордей матерится и дает старт.

Уступать…уступать… Ненавижу уступать! Но Гордый прав, на больших скоростях надо уметь контролировать абсолютно все и иногда уступить — это спасти свою жизнь.

Мы нарезаем круги, играя с газом на поворотах. Переглядываемся, пытаясь найти коннект. Надо научиться. Я хочу научиться такому контролю. Я сюда за этим пришел. И загасив собственную спесь, на третьем круге начинаю уступать там, где это требуется. На пятом включается интуиция. На седьмом я прихожу к финишу первым, хотя дважды отдал лидерство на повороте временному сопернику.