Меня вырывает из собственных мыслей очередное возмущение медсестры.

— Мужчина! Покиньте реанимацию немедленно! Иначе я вызову охрану! — вот пристала, а.

— Да, пожалуйста, — нашла чем напугать."

"Сел на край кровати, взял девочку за еле теплую ладошку и накрыл своей, пытаясь отогреть. Моя маленькая снежинка. Говорить не выходит. все, что мне сейчас хочется — это забрать ее отсюда. Из этой больницы, из этого города. Увезти, спрятать, защитить от всего мира. Чтобы никто! Никогда! Не посмел ее больше обидеть.

— Прости меня, пожалуйста, — выдыхает Леся и засыпает. На ее крохотную ладошку что-то капнуло. Я охренел, когда понял, что это слеза… МОЯ! Я с детства не плакал.

Быстро смахнув проявление слабости со своего лица зло уставился на медсестру.

— Не смотри на меня так, — женщина не отводит взгляда. — Я тебя не боюсь! А ей покой нужен, понимаешь?! Она ребенка чуть не потеряла. твоего, небось?! — и смотрит так на меня, что захотелось провалиться. — Довел девочку, теперь носишься! Разве так можно? — продолжает она причитать, а до меня вдруг дошел смысл ее слов.

“Ребенка чуть не потеряла”

Какого ребенка?! РЕБЕНКА?! МОЯ ЛЕСЯ БЕРЕМЕННА?!

Пошатнулся.

— Эй… — маленькая женщина, только что отчитывающая меня, как мальчишку, обеспокоенно подошла и придержала за локоть двухметрового амбала. — Ты не знал что ли? — молчу, пытаясь прийти в себя. Не получается. — Сядь, — говорит она. — Садись же! Вот упрямый. Сейчас врача позову. — дошел до стула у стены, рухнул мешком и уперся затылком в холодную стену.

“Беременна” — настойчиво звучит в моей голове. От кого? Макс? Наверняка он. Леся была с ним почти целую неделю, и этот гаденыш не предохранялся почти. Я убью его!!!

“А если я?” — пришла следующая мысль. Я ведь тоже тогда был без резинки. Я могу стать отцом?! Нееет. Это маловероятно.

Сука!!! Как же так?! ПОЧЕМУ?! БЛЯДЬ! ПОЧЕМУ СЕЙЧАС?! ПОЧЕМУ СО МНОЙ? С НЕЙ! С НАМИ?!

Сердце заходится в бешеном ритме. Меня мутит и кружится голова. Чьи-то холодные руки закатывают рукав. Жужжит тонометр.

— Давление подскочило, — слышу мужской голос где-то далеко.

Мне что-то вкололи, дали понюхать вату с нашатырем и стало отпускать. Медленно. Нехотя. Глянул на Лесю через мужское плечо. То, что она спит, выдают лишь слегка поднимающаяся грудь и подрагивающие слипшиеся реснички.

— Вам бы прилечь, — говорит врач. — Сможете встать самостоятельно? Я провожу в свободную палату.

— Не стоит. Спасибо. Мне лучше. — он с сомнением на меня смотрит. — Правда, легче. Спасибо, — повторил еще раз. — Мы можем поговорить?

— Конечно. Пройдемте в мой кабинет. Я заведующий этим отделением.

Мужчина помог мне подняться, пройти по коридору, так как меня все еще немного шатает, и сесть на небольшой старенький диванчик напротив рабочего стола.