Наверное, Мила отвезла ей Верочку, вот и названивала без конца, волновалась.

…До тихого сонного местечка добралась за час. Цивилизация, казалось, совсем не коснулась этих мест. От Москвы всего ничего, а выглядит, как глухая, забытая деревня. Низенькие деревянные избушки, покосившиеся заборы. Да, называть такое место городом явное преувеличение, скорей это поселок. Впрочем, чуть поодаль, у кромки пока еще по-зимнему заснеженного леса, высился каскад больших частных домов из красного кирпича. А на вокзальной площади торчало несколько ларьков. Я вышла и оглядела ассортимент: дешевая водка, «Сникерсы», жвачки и сигареты.

«Голуаз», конечно, нет.

– Где у вас почта? – поинтересовалась я у скучающего продавца.

– А по улице до конца ехайте, – объяснил парень, – там увидите зеленый домик.

Почта приветливо сверкала вымытыми окнами. На чистеньких подоконниках радовали глаз горшки с буйно цветущей геранью. Во всем чувствовалась заботливая женская рука, но заведующий оказался довольно молодым мужчиной.

Я купила несколько дорогих открыток и пару журналов.

– Тихо как у вас, нет никого.

– И не говорите, – охотно ответил мужчина, – да и кому сюда ходить, три калеки поблизости живут! Летом веселей, дачники наезжают, детишки бегают, красота! А зимой как в могиле.

Старушки из домов не высовываются, сериалы смотрят, а мужики все поспивались. В сорок лет уже инвалиды, газет не выписывают, журналы не покупают…

– Значит, по телефону болтают, – пошутила я, указав на кабинку с надписью «Переговорный пункт».

– Куда там, – отмахнулся собеседник, – дорого. У нас если помер кто, так телеграмму шлют, дешевле выходит. А вы по делу?

– Хочу дачу на лето снять, заранее приехала, говорят, в мае уже не найти.

Заведующий внимательным взглядом окинул мою курточку, элегантные ботиночки и простенькие черные джинсики.

– Вам не понравится, – заявил он, – дома деревенские, условия во дворе и баня не у всех…

– А вот моя подруга очень довольна осталась, – соврала я, – жила несколько лет у славной бабушки, как будто бы та почтой заведовала.

– Марья Сергеевна? – удивился мужчина. – Ничего не путаете? Она к себе никого не пускает, одиноко живет, бирючка.

– Адрес подскажите.

– Прямо за почтой, на пригорке, только зря время потеряете, лучше идите к Фроловой, и дом больше, и хозяйка приятная.

Но я отправилась к Марье Сергеевне. Дом, расположенный чуть поодаль от других изб, выглядел мрачновато. Окна первого этажа украшали витые решетки – странная предусмотрительность для простой деревенской бабули, у которой и украсть-то скорей всего нечего. И уже совсем дико гляделась железная дверь.

– Кто там? – раздалось откуда-то сбоку.

От неожиданности я чуть не упала, а потом увидела небольшой динамик и маленькую видеокамеру.