А то мало ли – мои бедокурщики кусок земли с ботинок съедят… Нет, такого ещё не было, но кто их знает.

Через десять минут возвращаюсь к семье. Кирилл у бабушки на руках жалуется на Шарика – тот не даёт на нём покататься. Рома с Милой рисуют пальцем по тарелке, а Славка сидит у Артура на коленках.

Рассказала уже. По папиному выражению лица вижу. Довольный, как сытый кот. Конечно, они рисуют вместе! Раз в месяц он берёт выходной, мы едем на природу, и они на мольбертах или в альбомах рисуют пейзажи.

– Рассказала уже?

– Да, – активно кивает, обнимая отца за шею. – Папа дал добро.

Я не сомневалась.

Распаковываю тортик под разговоры семьи и не могу нарадоваться за малышку. Да и за нас.

Я раньше и думать не могла, что в один день всё изменится, и четыре года пролетят так быстро и незаметно. Нервная беременность, тяжёлые роды, поседевший Беркутов, которому седина, оказывается, жутко идёт.

Но теперь всё «о’кей». Я по-прежнему работаю в фонде, помогаю деткам. Бью Артура за то, что тот присылает анонимные пожертвования. И уже устала с ним бороться!

Единственное, в чём мы непоколебимо сошлись – решили уволить Дашу. Эту сучку я не забуду никогда. Спустя неделю поле инцидента с побегом Беркутов рассказал, что та приходила к нему домой, пыталась соблазнить его. А ещё пыталась подставить меня с фондом и выставить грабительницей. И те скинутые видео – не случайность.

Я ещё долго злилась, решив в один момент даже подать на неё в суд, но…

Жизнь её уже наказала. В погоне за деньгами она вышла за какого-то старика. И я уверена, удовольствия, которого Дашка так жаждет – она не получает. А скоро и денег лишится – бизнес её благоверного идёт на дно. А у них контракт брачный.

В общем…

Каждому прилетает бумеранг!

Да и меня она не заботит. У меня есть моя большая семья, любимый муж, с которым мы недавно отпраздновали четыре года в браке.

И большего мне для счастья не надо…"