Делить быт и личное пространство я не готов даже с матерью.

Мама…

Мы не ладим последнее время. По той же причине. Она хочет, чтобы я женился и завел детей. Когда ее просьбы и желания превратились в требования, мы поругались. Точнее, ее не устроила моя категоричная позиция на этот счет. Она обиделась. Но жениться в угоду матери не собираюсь. Я настолько привык к одиночеству, что это стало моим образом жизни и принципиальной позицией.

Нет, у меня есть друзья. Женщин всегда было достаточно. И меня все устраивает. Нравится не впускать никого глубоко в себя и свое личное пространство. Я кайфую от внутреннего одиночества.

Открываю окна, и на кухню врывается свежий воздух. Варю себе кофе в турке. Новая кофемашина сверкает на кухонной стойке. Ни разу ей не воспользовался – дело привычки. Ложка сахара, немного сливок, и новый день становится лучше. Пью кофе, смотрю в окно, пытаясь надышаться утренней прохладой. Днем будет жарко.

Легкая льняная рубашка, брюки, ремень, часы на руку, начищаю туфли. Ненавижу грязную обувь. Я чистоплюй, как называет меня Света. И за это спасибо маме. Ненавижу грязь, пыль, беспорядок, как в быту, так и в одежде. Беру ключи от машины, кожаную сумку с рабочим ноутбуком и выхожу из квартиры.

А на лестничной площадке хаос. Впадаю в ступор, потому что гора из коробок мешает мне пройти. Двое нерасторопных грузчиков неторопливо заносят вещи в соседнюю квартиру. Морщусь. Вот и соседи. Социум напрягает. Внимательно осматриваю вещи на наличие маленьких детей. Слава богу, ничего подобного не нахожу. Маленькие дети – это чудовища. Они вовлекают в свой хаос всех окружающих, невзирая на родство. Цинично? Может быть. Я ничего не имею против детей. Но только когда они не мои и не мешают мне жить.

– Доброе утро, – на площадку вылетает девушка лет двадцати пяти. Рыжая копна волос падает ей на лицо. Одета в халат в индийском стиле. Вся такая безвкусная и разноцветная, на запястье множество фенечек, как у маленькой девочки. – Я Лена, – тянет мне руку. Голос громкий, звонкий. Вдыхаю, быстро пожимаю ее ладонь, соображая, как мне пройти.

– Герман Львович, – представляюсь. Я бы с удовольствием поселился где-нибудь загородом, подальше от людей и вот таких громких соседок. Но цивилизацию я люблю больше. Да и работа не позволяет расслабиться и отрезать себя от социума.

– О, какой серьезный дяденька, – усмехается соседка. – Не угостите меня кофе? А то у меня тут… – окидывает руками завалы из коробок. Заигрывает, хлопая ресницами. Только этого мне не хватало. Хуже, чем шумная соседка, – навязчивая соседка, особенно когда она не в моем вкусе, но хочет вторгнуться в мое личное пространство.

– Не угощу, – холодно отвечаю я и отодвигаю коробки, чтобы подойти к лифту.

– Ты хам, Герман Львович, – смеётся. Весело ей.