Ты понимаешь? – заглядывает мне в глаза, но я прикрываю веки, глубоко вдыхая. – Я не отпущу тебя одного. Нет, нет и нет! – она прижимается губами к моим щекам и целует скулы, губы. – Герман, пожалуйста.

– Хорошо, мы едем вместе, – сдаюсь, кивая и впиваясь в ее сладкие губы, целуя в ответ.

– Включи телефон, я позвоню бабуле.

– Зачем?

– Для укрепления, – усмехается Варвара. – Она может надавить на отца.

* * *Как ни странно, нас спокойно пропускают в особняк Одинцова. Ворота разъезжаются, и моя машина въезжает. Паркуюсь, выхожу из машины, подаю Варваре руку, сжимаю ее ладонь и веду к дому. Не могу расслабиться, натянут, как струна. Понимаю, что не отдам ее ни при каких обстоятельствах, но все же переживаю. Не хочу войны. Одинцов все-таки теперь мой тесть.

В доме тоже тишина. В гостиной сидит Ида Павловна, листая журнал.

– Бабуля! – кидается к ней Варвара.

– Варечка, девочка моя, – обнимаются. – Как ты, моя хорошая?

– Я хорошо. Очень хорошо, – демонстрирует ей руку с кольцом.

– Ого! – удивляется женщина, посматривая на меня. – Когда только успели? – качает головой. – Но правильно. Если украл невесту – обязан жениться, – одобряет она.

– Где отец?

– В кабинете, – цокает женщина. – В розыск тебя объявил, несмотря на то, что я утверждала, что ты не пропала, а просто живешь собственной жизнью. Знает, что ты приехала. Злится. Ждет вас.

– Где кабинет? – оглядываюсь я. Варвара подходит ко мне, указывая направление. – Посиди, пожалуйста, с бабулей, – останавливаю ее.

– Нет! – упрямится она и ведёт меня в коридор.

Варвара тихо стучит в массивную дубовую дверь.

– Войдите! – раздается голос с той стороны. Проходим. Одинцов сидит за столом, в напряжённой позе, сжимая руки в замок.

– Добрый день, – здороваюсь я. Протягиваю руку, но мне ее демонстративно не пожимают. Нехорошее начало диалога.

– Нагулялась?! – недовольно кидает Варваре, таким тоном, словно она совершила что-то мерзкое. Меня передёргивает от его тона.

– Прошу вас не разговаривать с моей женой и вашей дочерью в таком тоне! – предупреждаю его я, стараясь держать себя в руках, но выходит слишком резко. Отодвигаю Варвару себе за спину.

– Жена? – недоумевает Одинцов. – Жена! – резко встаёт из-за стола и впечатывает в него кулак. Настолько сильно, что Варвара вздрагивает.

– Да. Мы поженились. Два дня назад в Раменском загсе. Я люблю вашу дочь и сделаю все, чтобы она была счастлива.

– Сделает он, – скептически кидает Одинцов, снова падая в кресло и сжимая переносицу. – Что ты вообще можешь для нее сделать?! Бумажки ничего не значат. Как поженились, так и разведётесь.

– Нет! – выкрикивает Варя, выходя из-за меня. – Не разведёмся. Я хочу быть с Германом, – в голосе надрыв.