Как только я взяла в руки этот огромный талмуд, обшитый пыльным велюром, сразу зачесалось в носу – ну, немудрено, вон, даже цвет обложки не разберешь, так давно никто не прикасался к этому собранию воспоминаний. Видимо, Гек не особенно любит возвращаться в свое прошлое.
Я села на диван, борясь с желанием чихнуть, и открыла первую страницу. Старые альбомы с фотографиями всегда меня завораживали. Мне казалось, что я прикасаюсь к чужой истории, вижу чужую жизнь, что разворачивается на черно-белых фотографиях, чувствую эмоции людей, запечатленных на них. Мне очень хотелось, чтобы и у меня был такой альбом, такие воспоминания – но увы.
Я настолько погрузилась в рассматривание снимков, что не услышала, как вошел проснувшийся Гек. Но вздрогнула я не от его возмущенного возгласа, а оттого, что прямо на меня с карточки смотрело знакомое лицо, увидеть которое здесь я никак не ожидала, и, более того, это напугало меня куда сильнее гнева Гека.
Матвей"
"Только добравшись до дома, он почувствовал, как сильно устал за эти два долгих дня. Сил едва хватило, чтобы принять душ и дотащить себя до кровати.
Мысли перекинулись на Вику. В понедельник он непременно ее навестит, это же не запрещено. Вика здесь совершенно одна, ее родители живут где-то на Дальнем Востоке, надо бы, кстати, узнать хотя бы телефон. Правда, есть еще вероятность, что Вика с кем-то встречается, но что с того? Они провели вместе два года – Матвей имеет право беспокоиться и проявлять участие.
А завтра он поедет в городскую к Драгун.
Он проспал до обеда, чему несказанно удивился, так как всегда вставал около половины шестого. Сейчас же часы показывали половину первого.
– Вот это я умотался, – потягиваясь, пробормотал Матвей. – Ну, ничего, сейчас холодный душ, кофе, завтрак – и поеду. Надо к матери еще заскочить, давно не был.
Сперва он поехал в больницу к Аделине, рассудив, что у матери задержится надолго и не успеет в часы посещения.


















Комментарии
Добавить комментарий