– Садитесь, Кузина Бетси! – прокричал он. – Экипаж подан!

Василиса с трудом поднялась – тоже сильно замерзла! – и подошла.

– К Софочке я не поеду, – сказала она тихо, но твердо.

– И не надо. Я отвезу тебя домой.

– Дай мне слово, что не станешь ее ни о чем спрашивать.

– Не дам! – сказал Федя Величковский и подтолкнул ее в салон.

Утром выяснилось, что Максим Викторович, Федин начальник, в гостинице не ночевал, а был неизвестно где. Федя звонил ему с упорством, достойным лучшего применения, весь вечер – никто не отвечал, – а потом с утра, когда понял, что в номере Озерова нет.

Он стучал и бросался на дверь довольно долго, уже поняв, что никого нет, и вызывая подозрения у проходивших по коридору постояльцев.

– Никто не открывает, – сообщил он одному, самому любопытному. – А мне что делать? У меня начальство пропало!

И еще жалко было домашней заготовки!.. Федя собирался ввалиться в номер Озерова с дедушкиным биноклем – бинокль он прихватил из дому, чтобы любоваться волжскими далями, – и цветным журналом, где предлагалась местная «элитная недвижимость». Журнал был прихвачен на стойке портье.

Федя собирался по обыкновению усесться на полу и рассматривать журнал в перевернутый бинокль. Когда Озеров спросит, зачем он так делает, Федя ответит – чтобы цены казались меньше.

С биноклем на шее, – тот был военный, тяжелый, настоящая оптика, – и со свернутой в трубку «Элитной недвижимостью» в руке Федя походил по коридору туда-сюда.

…И что это значит? Куда начальник мог подеваться?

Романтические приключения Федя отверг сразу – вот уж на Озерова не похоже! Что тогда? Несчастный случай? Какой-нибудь форс-мажор? Уехал в Москву?.

.

Он вышел на улицу и кругом обошел стоянку. Озеровского джипа не было!

Уговаривая себя не беспокоиться, Федя вернулся в гостиницу, сел в буфете так, чтоб видеть стеклянные двери, и попросил чай и яичницу.

Журнал и бинокль он положил перед собой на стол, и теперь они ему мешали, все время попадались на глаза.

Вчера вечером они расстались возле театра – его окликнула Кузина Бетси, а Максим Викторович собирался провожать Лялю.

Может, Ляле позвонить?..

Он позвонил Озерову. Длинные гудки, и больше ничего.

Принесли яичницу, Федя съел ее и не понял, что съел. Какая-то девушка подошла и попросила зажигалку. Он сказал, что у него нет зажигалки, и не понял, зачем девушка подходила.

Потом он еще раз позвонил Озерову – длинные гудки, а потом «в настоящее время абонент не отвечает, оставьте сообщение после звукового сигнала».

– Максим Викторович, позвоните мне, – сказал Федя, хотя знал, что Озеров никогда не пользуется автоответчиком.

Он выпил чай, попросил еще, и еще выпил, а потом позвонил Василисе.