Следующие два дубля были неплохими, и все в съемочной группе это понимали, но Зак каждый раз останавливал съемку до того, как Рейчел успевала схватить пистолет, и заставлял начинать все сначала. Отчасти он делал это потому, что хотел заставить их снова проделывать на людях то, что вчера сделало из него всеобщее посмешище, но основная причина заключалась в другом. Зак все время чувствовал в этой сцене какую-то фальшь.

— Стоп! — прервал он четвертый дубль и вышел вперед.

Разъяренный Остин вскочил с сена, увлекая за собой Рейчел, у которой, похоже, с некоторым запозданием проснулись остатки стыда, а потому она пребывала в полном замешательстве и не меньшей ярости, чем Тони.

— Послушай ты, чертов садист! — истерично выкрикнул Тони. — Чего ты добиваешься? Чем тебе не понравились два последних дубля? Он и безупречны…

— Заткнись и слушай, — резко оборвал его Зак, принявший решение все же изменить сценарий. — Мы попробуем сыграть эту сцену немного по-другому. Независимо от того, что думал автор, когда писал свой роман, факт заключается в том, что в ту самую секунду, когда Джоханна стреляет в своего любовника, пусть даже случайно, она теряет симпатии зрителей.

Этот человек обожал ее, он был одержим ею как в сексуальном, так и в эмоциональном плане, а она лишь использовала его для удовлетворения собственных потребностей, даже не помышляя о том, чтобы ради него оставить мужа. Если она выстрелит первой, то Рик окажется единственной жертвой в этом фильме, а весь смысл заключается в том, что жертвами являются все.

Со всех сторон послышался удивленный и одобрительный шепот, но теперь Зак и без этой реакции окружающих был полностью уверен в собственной правоте.

Об этом говорила та самая интуиция, что помогала ему получать «Оскаров» за фильмы, которые ни один другой режиссер не смог бы сделать даже элементарно увлекательными, до того примитивны были их сценарии. Повернувшись к Рейчел и Тони, на которых тоже произвело впечатление его решение, Зак сухо и отрывисто бросил:

— Итак, снимаем еще раз, и надеюсь, что последний. Все, что вам нужно сделать, — это немного изменить ход борьбы так, чтобы сразу ранило Джоханну.

— А потом? — спросил Тони. — Что мне делать после того, как я пойму, что попал в нее?

Зак немного поразмыслил, а потом решительно сказал:

— Позволь ей завладеть пистолетом.

Ты не хотел ранить ее, но она этого не понимает. Ты отступаешь назад, но она хватает пистолет и направляет его на тебя. Делая это, она рыдает — от жалости к себе и к тебе. Ты продолжаешь отступать к двери. Рейчел, — обратился он к жене, будучи настолько увлеченным работой, что даже не заметил, как назвал ее настоящим именем, — помни — ты должна по-настоящему, громко рыдать. Потом ты закрываешь глаза и нажимаешь на курок.