Спать, конечно, хотелось, ночь бессонная, и чую, весь день мне такой предстоит, но я крепился. Старик много интересного мне рассказал, но и сам интересовался, как я тут оказался. Ответил незамысловатой историей, мол, коней ночью конокрады увели, вот и пришлось искать попутный транспорт, надеясь прикупить лошадей в городке, вдруг своих там увижу.

Тут да, старик мне изрядно помог. Именно он подсказал, что зачем покупать лошадей, если можно приобрести билет. Между Танзасом, так назывался городок, и Академией, а весь остров, на котором та располагалась, так и назывался, были постоянные рейсы дилижанса. Мне сейчас нужно добежать лишь до станции дилижанса и купить билет, если есть свободные места, и уже к вечеру я буду на месте, в городке Бортон, что располагался на берегу озера, и от него имелась паромная переправа до острова. Точнее, билет как раз и был до Бортона, дальше или местные повозки нанимать или на себе всё тащить. Сам старик в охотку согласился меня подкинуть до станции дилижанса, я за это ему лишнюю медную монетку обещал. Там на месте, пока старик ожидал, охраняя мои вещи, я сбегал и узнал в кассах насчёт билета. Дилижанс ещё не ушёл, да я это и сам видел, четвёрку коней запрягали, но билетов не было, все раскуплены. Вот на завтра имелись, так что я купил билет на завтра и оплатил провоз багажа, указав его примерный вес.

Тут же на небольшой площади имелось две гостиницы, я там разгрузился, уплатив старику, всё как полагается, и снял номер. Убедившись, что все вещи на месте, сходил позавтракать и завалился спать. Уф-ф-ф, часть пути, пусть и большая, позади, остался последний рывок.

– А вот и окраины Бортона появились, – указал мне на строения вдали мастер Гордон."

"Отодвинув штору, я выглянул в окно, рассматривая окраины городка, раскинувшегося по берегу озера. Как и Сочи на Земле, город именно протянулся вдоль берега, а не уходил от него подальше. Вот так окинув всё взглядом, я вернулся на своё место. Не совсем удобно было смотреть, сидел я по ходу движения, в отличие от одного из пассажиров, с которым за время путешествия в дилижансе у нас сложились вполне себе если не дружеские, то добрые отношения. Не знаю, повезло ли мне с тем, что один из шести пассажиров в дилижансе оказался преподавателем Академии с факультета артефакторики, но я посчитал это добрым знаком. Сам мастер Гордон сразу понял, что я одарённый, причём инициированный, и лишь уточнив у меня, представившись перед этим, не готовлюсь ли я поступать к ним в Академию, и, получив подтверждение, стал описывать саму процедуру. Вот так у нас и появилась тема разговора, и было о чём поговорить за время этого долгого пути.