— Или великие пианистки не помнят о таких мелочах, как влюбленные мальчики в далеком детстве?

— Не знаю, как великие пианистки, а я помню все, каждый день тех двух недель, — очень серьезно ответила Кира.

Старое заслуженное, разваливающееся пианино папа привез на дачу еще прошлым летом, купив у кого‑то за полцены. Целая эпопея!

Он долго договаривался с нужной машиной, никакие грузовики ему не подходили. Чтобы окончательно не «убить» инструмент тряской в дороге, нашел наконец «Газель» с пожилым водителем, который и помог перетащить пианино в дом. Известный настройщик Михаил Абрамович, седой, толстенький и ужасно важный, после долгих уговоров доставленный папой на дачу с особым пиететом и почтением, настраивал пианино и ворчал:

— Да вы девочке слух испортите! Как можно играть на таком инструменте? Им лучше печку топить!

Но настроил, еще как!

И почти целое лето Кира ублажала слух дачников музыкой. Основную, заданную на лето программу предстояло разучивать лишь в августе, вот она и музицировала в удовольствие, исполняя любимые произведения. На зиму пианино с максимально возможной осторожностью перетащили к деду Петру, который постоянно жил в поселке. На следующее лето процесс транспортировки в обратную сторону, то есть на дачу Белых, повторился, и Кира, как только приехала, села за инструмент.

В свои четырнадцать она уже вполне виртуозно исполняла сложные произведения и мечтала стать великой и известной.

Хорошая мечта для такого возраста, и главное, вполне реальна — талант у нее явно имелся, и на следующий год Кира собиралась поступить в Мерзляковку.

Это по‑простецки, а официально: «Академический музыкальный колледж при Московской консерватории имени П. И. Чайковского», а Мерзляковка, потому что расположен на улице Мерзляковский переулок.

Вот так все серьезно у девочки Киры Белой.

Первую встречу с Николаем Крайновым Кира запомнила на всю жизнь! Как и каждый день тех двух недель, проведенных с ним.

Когда соседский Васька позвал ее из дома, она вышла на крыльцо и увидела ЕГО… Больше она не замечала ничего и никого вокруг и не помнила, что говорила и отвечала!

Он был красив, как олимпийский атлет, как молодой языческий бог! Высокий, с накачанной великолепной мускулатурой, Коля производил впечатление чего‑то нереального, не из обычной жизни — герой голливудских фильмов про Спартака или олимпийских богов.