Все произносили лживые бодрые слова поддержки, пряча глаза, и, отмучившись посещением минут десять, торопливо исчезали."

"По телевидению активно освещали происшествие с Николаем Крайновым, даже парочку ток‑шоу провели с громким, но пустым вопросом «кто виноват?!» и еще более пустым обещанием разобраться и взять на контроль. Состряпали наскоро и показали по двум каналам документальный фильм о его жизни и достижениях, с нарезкой из Колиных интервью разных лет, со слезой в голосе комментатора и печальной музыкой фоном. В прессе появились многочисленные интервью спортивного руководства, клянущегося, что все сделают для его выздоровления и денег никаких и сил не пожалеют и что будет он обеспечен всем необходимым и даже сверх того!

Красивенько, и людям приятно, верят — вот как заботится государство о наших героях!

На героя смачно наплевали, получив уверения врачей, что он не только не сможет вернуться в спорт, но и вряд ли когда‑нибудь встанет с кровати!

Девушка Маша, на которой Крайнов подумывал жениться и которая дрожащим голосом клялась, как сильно, как беззаветно его любит, так, что он поверил, и с которой разговаривал по телефону за час до трагедии, и она говорила, что ждет его дома, готовит его любимые вкусности и скучает страшно — эта девушка больше ему не звонила. И попыталась вынести вещи из его квартиры, после того как услышала в новостях о трагедии, но была остановлена бдительными охранниками на выходе. Ценности изъяли и вернули в квартиру. Девушку Машу отпустили на все четыре стороны.

Ни один из членов его команды к нему не пришел в больницу.

Он понимал всех их! Понимал и не осуждал!

Восемнадцать лет из своих двадцати четырех Николай прожил в спорте! Он знал все реалии и жестокую действительность этой жизни! Знал, как страшно, животно страшно выходить вновь на помост после серьезной травмы и как приходится ломать в себе этот страх. И когда увидел своего товарища, выпавшего из строя из‑за травмы, преодолевать панику, предательским холодком страха нашептывающую, что с тобой в любой момент может случиться такое же!

Он никого не осуждал и не обвинял.

Родители ввязались в долгое судебное разбирательство с производителями снаряда. Масса экспертиз, адвокаты — ему было безразлично, он ничего не хотел об этом слышать. Так же безразлично он отнесся к продаже своей квартиры и машины — деньги требовались постоянно: родители отвезли его в клинику в Германии, где Крайнову сделали две операции, с нулевым результатом.