Мы играем, – отозвался молодой человек. – И привет, мама. Ты уже вернулась из поездки? Я думал, ты будешь завтра.

Кто?! Мама? Почему мы встретили ее здесь?

У меня чуть не случился обморок.

– Привет, малыш, привет. Вернулась, как видишь. – И она рассмеялась. – Пришлось вернуться сегодня.

Малыш! Сморчок – малыш!

Я тоже захихикала, а Денис, улучив момент, вытащил меня из кресла, увел за стойку, и теперь мы стояли напротив его мамы. Вот же неудача! Кого-кого, а матушку Смерчинского мне сейчас меньше всего хотелось видеть. К тому же она наверняка имела честь наблюдать за нашим детским садом вокруг стойки. Что она о нас подумает?

– Как у тебя дела? – спросила женщина в ультрамариновом платье. – Все в порядке? Ты так редко бываешь дома, что я беспокоюсь. – И она задала любимый вопрос всех мам: – Ты нормально кушаешь?

– Жрет он, не переставая, – едва слышно прошептала я.

– Все отлично, – улыбнулся ей сын и заметил укоризненно: – Какая ты сегодня красавица.

Он присмотрелся к ее тонкому лицу, которое обрамляли платиновые крупные кудри.

– Ага! У тебя новая прическа? Нет, ты, правда, удивляешь меня с каждым днем все больше и больше, мам! Тебе идет.

Женщина звонко расхохоталась и потрепала его по волосам.

– Галантный ты мой. Дэнси, а что это за обворожительная девушка рядом с тобой? С которой вы так… забавно играли? – вгляделась она в меня большими любопытными темными глазами. У Дэна они были синими, а у нее – карими. Несмотря на то, что и мать, и сын были красивы, что даже дух захватывало, они совершенно не были похожи друг на друга: ни цветом глаз, ни их разрезом, ни прочими чертами лица. Наверное, Дэн пошел в своего папу. А удивительным цветом глаз – в дедушку, тоже, кстати говоря, человека очень красивого и ухоженного.

– Мама, это моя девушка, – совсем не смутился Денис, как было, между прочим, положено парню, представляющему свою герлфренд родителям. Напротив, он лучился солнечной радостью. – Ее зовут Маша, и она мне очень дорога. А это моя мама.

– Здравствуйте, – несмело, но твердо сказала я.

Женщина в аквамариновом платье аккуратно кивнула мне, разглядывая не только с любопытством, но и с искренним интересом, а потом неожиданно протянула мне руку с изящными пальцами, унизанными кольцами – для рукопожатия. Оно получилось теплым.

– Очень приятно познакомиться с тобой, Маша. Я – Валерия, – серьезно сказала мне мать Смерча. – Можешь называть меня Лерой.

– И мне с вами приятно познакомиться, – искренне отозвалась я, пожимая ее прохладную ладонь. А потом простодушно добавила: – Вы такая классная!

– Спасибо, – женщина вновь звонко расхохоталась, – и зови меня на «ты», идет?

Я только кивнула.