— Ведь дело не только в борьбе за власть.

— Не только, — мрачно подтвердил Риндаль. — Эта тема вообще встала лишь после оглашения завещаний, а до того никто и помыслить не мог, что Гонтон оставит трон одному из нас. Но ненавижу я этого манипулятора действительно давно. Он у меня отца отобрал!

— Как это? — опешила Вика.

Риндаль молчал с полминуты, устремив в потолок невидящий взгляд. Вика чувствовала, что многолетнюю плотину боли того и гляди прорвет…

Сейчас он совсем не походил на циничного нахала, к которому она привыкла. В груди этого мужчины был не камень, там билось настоящее живое сердце, способное чувствовать и даже кровоточить.

Вике захотелось сделать что-то. Как-то утешить, может быть, просто коснуться руки… Но не истолкует ли он дружеский жест превратно?

— Давай спать, красавица, — произнес он своим фирменным непринужденным тоном. — Поздно уже.

Привычный образ вернулся в мгновение ока. Но Вика запомнила, каким он был только что — каков он настоящий.

* * *Нагрузившись в библиотеке томами по истории, Вика шла к себе. Тяжело, руки буквально отваливались.

Зря она пожадничала и набрала столько книг за один раз.

Но все они, на первый взгляд, казались такими интересными.

На лестнице ей вдруг заступила дорогу Латона. Интересно, давно караулила на этой единственной выгодной для нее позиции? Ступенька дала иннарийке даже небольшое преимущество в росте — а то ведь угрожать, глядя снизу вверх, как-то несерьезно.

Вика переложила книги в правую руку, а левой крепко взялась за перила. С этой мегеры станется – толкнет еще.

Насчет угроз она не ошиблась. А их всегда терпеть не могла.

— Я бы на твоем месте поменьше вокруг наследников терлась, — зашипела кобра.

— Почему бы тебе не воспользоваться собственным советом на своем месте? — парировала Вика.

Конечно, связываться с ней небезопасно. Но с другой стороны, стать больше ненависть змеи уже не могла. А терпеть ее сволочизм порядком надоело.

Глаза Латоны полыхнули яростью — такой, что могла бы сжигать целые города.

— Ты явно забываешься, с кем говоришь! — о, этот тон непревзойденного высокомерия!

Но Вика не дрогнула, только покрепче вцепилась в перила.

— Да нет, я всё прекрасно помню.

Ты невеста наследника — самая нежеланная из всех возможных. Не понимаю, как можно так навязываться.

Латона буквально побелела от злости. Вика всерьез ожидала толчка в грудь. Но та лишь посулила в ледяном бешенстве:

— Ты еще пожалеешь, что родилась на свет!

— Очевидно, это твой единственный талант — отравлять жизнь другим.

«Пошла к дьяволу! — добавила Вика про себя, решительно обошла ее и двинулась по ступенькам выше.

— Если бы ты могла — давно бы меня прикончила. Выходит, что-то сдерживает.