— За нами будет погоня.

— А за нами всегда гоняются все кому не лень. Пусть себе ищут, найти нас можно, если только мы сами того захотим.

Весь этот разговор был Тане непонятен, так как велся он на чужом ей языке. Она еще оставалась в неведении в отношении уготованной ей судьбы и не подозревала, что ее собрались убить за деньги. Но сразу поняла: ее собираются везти куда-то. Связанная, она была усажена кое-как на спину лошади, а потом самый низкорослый из мужчин сел сзади нее.

Таня терялась в догадках относительно всего происшествия, но надеялась, что эти люди не связаны с тем, кто покушался на нее в Данциге. Раз они не убили ее сразу на месте, то у них другие цели. Какие? Если это разбойники, то они должны были ограбить ее и отпустить. Зачем везти ее куда-то? Или в этой стране другие разбойники?

Внешне эти трое не отличались от обычных жителей здешних мест, которых она видела в пути. Они даже были как-то похожи между собой, только отличались ростом — один выше Тани, другой одного с ней роста, а третий совсем низкорослый. Одеты они были в простые грубые одежды, состоявшие из широких штанов, курток из овчины мехом внутрь, под которыми виднелись черные рубахи. На ногах сапоги, на головах меховые шапки. Оружия у них она не заметила, но не сомневалась, что все трое хорошо вооружены.

Всадники со своей пленницей поскакали на юг к Карпатским горам, то есть в сторону от дороги Штефана, путь которого лежал на юго-запад. Похитители неслись во весь опор. Только один раз, ближе к вечеру, они остановились на небольшом подворье, чтобы сменить лошадей. На дорогу они не ступали вовсе, выбирали перелески, тропы, большей частью скрываясь за деревьями и кустарником. Ели они по дороге, вернее, не ели, а хрустели сухарями, которых у них с собой было видимо-невидимо.

Проведя в дороге всю ночь, они добрались до места назначения только на следующий день. Прибыли в маленькую деревеньку высоко в горах. Кстати, к ней поднимались по такой крутой и узкой дороге, что Таня еле жива была от страха — боялась, что свалится в пропасть.

Она смертельно устала, проведя всю ночь без сна, в волнении, злости от собственного бессилия и тяжких предчувствиях. Но по приезде уже была не в силах думать и заботиться о своей судьбе, а просто обрадовалась возможности попасть в теплый дом, куда ее втащили."

"Это оказалась маленькая изба в одну комнату. Как только Таню отпустили и развязали, она приблизилась к печке, чтобы отогреться и размять затекшие руки. Потом она обвела избу взглядом. Первое, на что она обратила внимание, — это простая обстановка и бревенчатые стены. Потом она заметила за столом какого-то мужчину средних лет. Он сидел и ел, не обращая на них внимания. У него был вид человека, видавшего виды, или так ей показалось.