— Тогда ответь мне: у меня есть враги, о которых я до сих пор не знаю?

— Нет, все ваши враги мертвы.

— Кто может желать моей смерти? Кто хочет помешать Штефану жениться на мне?

— Над этим стоит подумать, но очень немногие знают или помнят о вашей помолвке, и почти никто не знает о том, что вы живы. Для всех вы просто исчезли двадцать лет назад, и большинство людей считают, что вас нет в живых.

— Очень приятное известие! — не удержалась Таня.

Андор улыбнулся.

— Нас такой слух очень устраивал, иначе Габорам не было бы покоя и они бы искали вас. Никто не знает, что вы приехали; Шандор не объявит об этом, пока сам не увидит вас.

— Понятно. Толком мы ничего не знаем, и определить это довольно трудно. Тогда скажи мне вот что: почему этот человек хотел придушить меня подушкой? Это же так хлопотно, насколько я понимаю. Тем более что у него с собой был нож, он мог сразу заколоть меня, и дело с концом.

— Может, он не хотел, чтобы догадались об убийстве.

— Как это?

— Ему выгоднее было сделать так, чтобы вы словно умерли во сне.

— Да я совершенно здорова!

— Откуда мне знать точно намерения преступника? Но, похоже, ему вряд ли хотелось, чтобы его сразу кинулись искать.

— Вот негодяй!

— Но главное для него было убить вас, иначе он не стал бы пускать в ход нож после того, как сорвалась его первая попытка.

— Какое счастье, что я смогла закричать!

— Да, вам повезло, — согласился Андор, — но необходимо рее рассказать Штефану.

— Только про нападение, — напомнила Таня. — Постарайся сам убедить его, я не собираюсь. — Тут она вдруг густо покраснела и угрожающим тоном продолжила:

— Но не вздумай сказать хоть слово об этом пятне, Андор! Он занимался со мной любовью и ушел, будучи уверенным, что я не девственница. Если он даже не почувствовал никакого препятствия во время.., ну, ты понял, то он ни за что не поверит, что лишил меня девственности. Еще скажет, что я нарочно поранила себя, чтобы доказать ему это. Мне только этих обвинений не хватало после всего!

Андор смутился, но выдержал ее взгляд.

— Понимаете, — нерешительно начал он, — когда Штефан впадает в такое…

— И ты еще будешь пытаться оправдать его в моих глазах? — возмутилась Таня.

— Но он пил вчера весь вечер…

— Не старайся защитить своего приятеля, — сказала Таня презрительно и отвернулась от Андора. — Я не засну сегодня до тех пор, пока на моей двери не появится замок, чтобы я могла запереться изнутри. Штефан собирался это сделать, но передумал. Не будешь ли так добр позаботиться об этом?

— Разумеется, ваше высочество! Я все сейчас же сделаю, даже лягу потом под вашей дверью.

— Только этого не надо.