Таня надела платье лимонного цвета — этот неожиданный яркий цвет так разнился с теми скучными оттенками, которые она предпочитала в одежде. А потом, такой яркий цвет как нельзя лучше подходил к ее темным волосам. Она еще раз придирчиво оглядела себя с ног до головы — хороша, ничего не скажешь! Даже в танцевальном наряде она не выглядела так привлекательно. Вот это фигура! Талия.., линия бедер… И это без всякого корсета… Да, прекрасно!"

"С волосами ничего не оставалось делать, как только завязать их сзади. Чем? Она сняла с платья нарядный поясок с кружевами.

Обойдется без украшения, лучше подвязать волосы. Правда, этим пояском можно было прикрыть часть декольте… Ну уж нет! Пусть Штефана вообще перекосит от злости, что она такая пышногрудая красавица!

Она занялась прической, и в это время появился Василий. Он рассматривал ее минут пять. Таня едва сдерживала свое злорадство. Наконец тот произнес несколько озадаченно:

— Вы выглядите очаровательно, принцесса! Таня подняла брови:

— Что я слышу? Похвалу от вас? Да не заболели ли вы, Василий? Он рассмеялся:

— Ах, тебе хочется поразвлечься! Что ж, идем! Только не отталкивай меня, раз уж я проявил галантность и пришел за тобой.

Да еще принес вот это, — и он протянул ей пучок шпилек разного цвета и формы, — должен заметить, однако, что на этом корабле две дамы считают, что я заинтересовался ими. Ты не представляешь, с какими трудностями мне придется столкнуться сегодня вечером, когда я появлюсь с тобой.

— Интересно, почему я даже тебе не сочувствую? — ответила Таня.

На его лице появилась обезоруживающая улыбка, и она поняла, почему женщины обожают этого красавчика.

— Что мне в тебе нравится, так это твой юмор. И зачем только Штефан держал тебя взаперти все это время!

— Это он тебя прислал с этим? — Она кивнула на шпильки.

— Штефан сказал, что если мы не хотим, чтобы ты явилась к ужину похожей на потаскуху, кто-то из нас должен попробовать помочь тебе преобразиться. Выбрали меня, естественно.

Не может он обойтись без колкостей, пусть даже и скрытых. Таня решила не обращать внимания, но чувствовала себя уязвленной. Ее обсуждают, и можно только представить, что они совсем не стесняются в выражениях между собой.

Они и при ней не страдали от застенчивости, а уж в ее отсутствие тем более!

Таня хотела распустить волосы, чтобы причесаться по-другому, и протянула руку к своей кружевной ленте.

— Если ты подождешь еще пару минут…

— Не надо, — остановил ее Василий. — Эта лента сюда очень подходит. Пусть все так и будет.

— Но ты же так старался достать мне эти шпильки…

— Ничего, — пожал он плечами, — можешь воспользоваться ими завтра к приезду в Новый Орлеан.