Да и счастья тоже не помешает! Если профессор Гирол будет говорить слишком тихо, стукните по голове, но только не сильно, работает безотказно. Всего хорошего.

И он выскакивает в коридор.

— Упел он нашу целительницу, — слишком громко констатирует кто-то. Мумия-профессор медленно ковыляет к центру площадки перед столами.

— А он говорить может? — сомневается кто-то.

— Наверное…

Добравшись до центра, профессор разворачивается к нам забинтованным лицом с прорехами для глаз и безгубого рта.

— Итак, студенты, — загробным голосом начинает он. — Сегодня вы…

Дверь снова отворяется. Арендар царственно вступает в аудиторию. И тут же находит взглядом меня. Сердце попускает удар, и по спине разбегаются мурашки.

Глава 12

Взгляд Арендара цепляется за меня, точно якорь, и неумолимое движение ко мне так похоже на скольжение цепи поднимаемого якоря, что кажется, Арендар пройдёт прямиком сквозь столы. Даже удивительно, что он всё же сворачивает к проходу.

— Молодой человек, — скрипуче окликает профессор Гирол. — А кто дал вам право опаздывать на лекцию? Имя личное и имя рода? Я доложу о вашем опоздании.

Остановившись, Арендар медленно поворачивает голову к профессору-мумии. В аудитории уровень шума уходит в глубокий минус.

— Арендар Аранский, — странно ровным голосом поясняет Арендар.

— Наследный принц, — подсказывают студенты с первого ряда.

— Иногда хорошо быть мёртвым, — жизнерадостно заявляет профессор Гирол. — Видар второй кем вам приходится? Батюшкой?

— Дедушкой, — направляясь ко мне, сообщает Арендар.

— Как быстро время летит, — покачивает головой профессор и добавляет ему в спину. — Но об опоздании вашем я всё же доложу. Ваш дедушка себе такого не позволял!

Арендар аж замирает. Кажется, в наступившей тишине я слышу, как у него скрипит мозг в попытке осознать столь вопиющее неуважение условно покойного.

Но оцепенение проходит слишком быстро, и Арендар идёт дальше.

— В свете новых обстоятельств, — начинает профессор Гирол, — руководство нашей замечательной и дисциплинированной академии решило всем студентам провести дополнительные лекции о Бездне, культе и опасностях, которые вас всех подстерегают.

Он что-то говорит о том, как ему повезло умереть до обострения у сумасшедших самоубийц-фанатиков, но сознание затопляет надвигающийся Арендар. Кажется, стук моего сердца должны слышать все находящиеся рядом.

Арендар обходит крайнего гвардейца и нависает над моим втянувшим голову в плечи соседом.

— Вон, — роняет Арендар.

Покрасневший парень, дёрнувшись, сгребает листы в сумку, прихватывает перья с чернильницей и, едва ощутимо задев моё плечо, проскальзывает за спиной Ники и следующего гвардейца к соседнему столу.

— Было бы неплохо, если бы вы записывали, — бубнит профессор.