— Для меня тоже важно, чтобы мужчина был один и на всю жизнь, — заигрывает она. — Поэтому я и расстроилась, когда… — осекается, мазнув взглядом по простыни.

Значит, простила.

Я бы выдохнул с облегчением, но перспектива потом впустить в себя ее цветочный запах меня останавливает. Так и застываю с парализованными легкими.

— Верни те духи, — не выдерживаю я.

— М-м-м? — вчера ее мычание более обезоруживающе на меня влияло. Сейчас никак…

— Новые, — поясняю хрипло, — с корицей.

Ира резко отстраняется и шаг назад делает. Обхватывает себя руками, будто запах свой прячет. Я этому, честно говоря, рад, потому что не могу думать ни о чем, кроме проклятой корицы. Впиталась в меня, обворожила. Мне не могло померещиться — до сих пор чувствую. Зачем Ира его смыла и забила дурацкими розами?

— Не могу, аллергия на них оказалась, — бурчит невеста.

— Жаль, — вырывается у меня.

— Марк, раз уж между нами все произошло, — косится на кровать и тут же отворачивается, плечами передернув. Да что ж такое? У меня скоро комплексы развиваться начнут! — Я думаю, нам следует ускорить свадьбу. Мне некомфортно после всего случившегося быть нерасписанной, — лепечет смущенно.

— Не вопрос, — делаю шаг к ней, но останавливаюсь. — Я изначально другую дату предлагал, как раз следующую субботу, но ты сама просила перенести. Сказала, у тебя процедуры какие-то женские. И запись за две недели, — хмыкаю я.

Девушки иногда очень смешные в своем стремлении почистить перышки. Как будто мужчинам куклы пластиковые нужны. Однако вчера Ира настоящей была, этим и покорила.

— Я договорилась, — не теряется невеста. — Суббота — отличный день, — вздыхает мечтательно и наконец-то улыбается.

Сама обнимает меня, буквально повисает на шее. Дерзковато. И целует смело. Ни следа от ее вчерашней скромности и нежности не осталось. Хотя ни к чему больше это. Сам невесту испортил.

Отвечаю на поцелуй. Другой, без привкуса домашнего печенья.

Бред.

Зато моя…

Глава 3

Несколько дней спустя

Злата

— Рыжуля, — бархатный голос ласкает слух.

Улыбаюсь, забывая, что нельзя поддаваться напору. Всем мужчинам нужно только одно. Мама с детства вбивала мне в голову эту истину. Диктовала правила приличия. Твердила, как важно хранить себя до свадьбы. Сама же она растила меня без отца, наверное, поэтому и пыталась уберечь от своих ошибок.

Когда мне исполнилось пятнадцать, у меня появился отчим. И пока мама продолжала мучить меня нравоучениями, он оскорблял меня и ни во что не ставил, желая скорее избавиться. Даже когда мне удалось поступить в престижный институт в столице, похвалы я не дождалась. Отчим проводил меня со словами: «На панель она едет, а не в институт». И запретил маме пересылать мне деньги.