В хаммаме сразу в облако пара погружаюсь. Все вокруг восточными благовониями пропитано.

Подсветка в полу и в потолке очень тусклая, едва разгоняет полумрак.

И здесь ощутимо прохладней, а влажность просто огромная. Но дышать тут гораздо легче, и мне нравится больше, чем в обжигающей сауне с тремя пьяными людьми. Людьми ли? В их моральном облике я очень сомневаюсь. Зато в морали Деймоса не сомневаюсь вовсе – уверена, что ее вообще нет и никогда не было.

Деймос садится на мраморное ложе. Он полностью погружен в пар, я не вижу его, но слышу приказ:

- Сюда иди.

Робко подхожу, на ходу одергивая полотенце-парео.

- На колени.

Что? Нет… Хочу удрать подальше, в след за своим пропавшим достоинством. Меня что, на роль той самой массажистки-миньетчицы оставили?

Но бежать некуда, в бассейне раскрепощенные пьяные люди, вряд ли они посочувствуют, а на помощь надеяться не следует, хуже того – от Дика надо подальше держаться.

Деймос показывает мне два пальца, напоминая о правиле номер два – безоговорочном подчинении. Страшно представить, что он сделает, если я попытаюсь спорить.

Позволяю себе заикнуться о троице:

- Нас потеряют, будут искать…

- Не будут. Быстрей.

Мне ничего не остается, как подчиниться.

Я медленно опускаюсь, дышу носом, переживаю. Сжимаю зубы, аж челюсть сводит. Вокруг не благовония, а ненависть моя распаляется. Дышу ей.

Стою на коленях перед Демосом, склонив голову. На его бедрах все еще полотенце, но догадываюсь, что он сейчас это полотенце сдернет… А там…

Волнуюсь.

Очень.

Вдоволь насладившись зрелищем меня стоящей на коленях, он милостиво произносит:

- Массаж стоп. Делай.

Сажусь на мрамор, беру ногу Деймоса и понимаю, что меня облегчением накрывает.

Очуметь.

Я радуюсь тому, что враг моей семьи говорит ему ноги массировать. Руками. А не что-то иное. Другими местами…

Совсем уже. Куда я качусь…

Мну стопу наманикюренными пальчиками. Судя по всему, Деймос тоже не брезгует педикюром, все очень ухоженно.

-  Сильней.

Нажимаю сильней на грубую кожу подошвы.

Вглядываюсь в его лицо, но оно в туманном пару скрыто.

Перехожу на вторую ногу, разминаю ее и слышу сдержанное:

- Хорошо работаешь пальцами.

Стараюсь еще лучше, пальцы уставать начинают.

Он протягивает руку к моей ключице, и махровые бретельки спадают с плеч.

Мое дыхание становится глубже и чаще, я вижу, как поднимается бугор под его полотенцем.

В дверь стучатся и голос девушки администратора взволнованно зовет:

- Денис Александрович, очень-очень прошу прощения, но вас срочно просят к телефону.

- Я занят.

- Я понимаю, извините, но это ваша сестра. Она утверждает, что это важно.

Чертыхаясь вполголоса, Деймос встает и кидает мне:

- Жди меня здесь.

Выходит. Вот теперь точно можно успокоиться. На время.