Им лучше общаться в стиле «глухонемой слепому».

– Я сейчас планирую погулять, вечером не хочу, – извернулась она. Не показывать же, что она почти готова! На все и безоговорочно…

Если она думала, что его глаза смягчатся или в них появится облегчение, то сильно заблуждалась. Ни одна мышца не дрогнула на его лице.

Он продолжил пожирать ее глазами.

Уже раздел и разложил на столе? Мысленно? Так выходит?

Ей фантазия тоже стремительно потекла в эту сторону, и Аля поняла – пора сваливать.

Вот прямо сейчас.

Иначе…

Добром дело не кончится.

– Как скажешь, так и будет, – выдал Никита, окончательно ее дезориентируя.

Всегда бы ей так мужчины отвечали, может, и жизнь проще была бы!

– Сейчас я пойду.

– А пирог?

– Пробуй… Вечером мне скажешь, зашло угощение или нет.

Почему при слове «угощение» уголок губы Никиты нервно дернулся?

Мужчина сделал шаг назад, давая ей возможность для маневра. Аля соскользнула на пол и поправила платье, наигранно тщательно расправляя складки.

Потом помахала пальчиками и, стараясь не перейти на бег, а идти «плавной, летящей» походкой, устремилась прочь из кухни.

ГЛАВА 9

Никита аккуратно воткнул нож в пирог и отрезал себе приличный кусок.

Осмотрел с каждой стороны и, хмыкнув, отправил в рот.

Черт, и правда вкусный.

А главное, настоящий! То есть домашний.

В чем в чем, а в домашней кухне он разбирался. Даже умел печь аналогичный пирог! Поэтому по достоинству оценил. Сам Никита иногда добавлял в топпинг сыр гонгонзолу. Совсем немного, два уголка, не больше. Ему нравилось. Парням – тоже.

Света его выпечку никогда не жаловала. То фигуру блюла, то еще что-то. Потом, когда они оба находились в яме, изнывая от удушливой жары, укусов мошкары и прочей дезориентирующей мозг хрени, призналась, что делала все замечания из вредности, потому что у самой никогда ничего не получалось.

Хотел как лучше. А получилось… как всегда.

Непонимание, невысказанные обиды. Измена.

И дальше треш, превративший их жизни в кошмар.

А потом и оборвавший…

Горечь от прошлого, которая уже почти не чувствовалась, подобралась к горлу. Никита откусил еще один кусочек.

Не-е-е… тут требуется чай. Всухомятку есть негоже.

Неужели Аля специально для него пекла?

Хотя…

Парни могли подсказать, что он любит.

Но не перебор ли?

Никита поймал себя на том, что улыбается.

Как идиот.

В тридцать два зуба.

Как иногда нам мало надо для счастья – чтобы красивая сексуальная девочка подсуетилась. Совсем чуть-чуть. Но как приятно-то!

Никита не исключал, что Аля сделала заказ. Быстро и оперативно. Сейчас многие женщины готовят на заказ. И это правильно. В их мире каждый выживает, как умеет. Тем более похвально, когда человек зарабатывает руками.

Схомячив два куска, Никита откинулся на стул и скрестил руки на груди.