— Олег? — еще не до конца проснувшись, растеряно протянула она, а уже спустя мгновенье широко распахнула глаза и резко перекатившись на другую сторону кровати, разбудив Шему, резко подскочила с кровати, — прости, я…, - отвернувшись, девчонка замолчала и обняла себя за плечи, — прости, я не должна была сюда входить и уже тем-более засыпать в твоей постели и…, - тем временем я уже успел обогнуть кровать и оказаться возле нее, просто схватил ее за плечи и прижал к себе, смешная, я же чуть с ума не сошел, пока думал, что в ее в квартире нет.

— Я просто… — снова попыталась оправдаться малышка.

— Тшшш, не надо, — перебил ее, сильнее прижимая к себе, — ты можешь спать там, где тебе хочется, Инга.

Чуть отстранившись, Инга подняла голову и недоверчиво посмотрела мне в глаза.

— Ты не злишься? — еле уточнила она.

— На что?

Поджав губы, девочка снова опустила глаза, я же блядь чуть на месте не задохнулся, пора заканчивать эти обнимашки, иначе не сдержусь на хрен. Черт его знает, почему она на меня так действует, такая маленькая, хрупкая, чуть сильнее сжать и сломается, если бы не шрамы, никогда бы не подумал, что этот человечек пережил столько боли и страданий и не сломался.

— Будешь елку наряжать? — улыбнулся я, когда она снова посмотрела на меня.

— Елку?

— Елку, — подтвердил я и поцеловал ее в макушку, черт бы побрал этот запах, еще чуть-чуть и никакую елку мы наряжать не пойдем, — здесь поставим, — с трудом оторвавшись от Инги, произнес я и пошел в сторону двери.

— Здесь? — послышалось мне в спину, уже на пороге остановился и обернулся.

— Здесь, Инга, — кивнул я, подтверждая свои слова, — раз уж вы здесь обосновались, думаю, елке здесь самое место.

Даже на расстоянии заметил, как покраснели ее щеки, ребенок блин, а я двинулся на ней. Притащил чертову елку с горой игрушек в комнату, Инга же не двигалась со своего места, будто вросла в него, только глаза выдавали ее неподдельный восторг, когда она увидела двухметровое искусственное дерево.

— Чего стоим? — поинтересовался я, поставив елку недалеко от кровати, спальня у меня, слава Богу, была просторная, места хоть отбавляй, да и мебели в ней практически не было, так что елка вписалась, — иди давай, наряжай, я этого делать не умею, — сам же уселся на кровать, наблюдая, как Инга с восторгом в глазах принялась за дело, никогда не видел такого энтузиазма, столько радости было в огромных синих глазах, и все из-за елки какой-то, идиотом себя почувствовал, сам ведь не догадался, если бы не Дима, хрен бы я сейчас лицезрел эту картину.