Ну, Силия, дерзай! Только нежнее…

— Наш род очень могущественный, но у меня не было никакой особенности, в отличие от Зеллы. Но этот дар скрывали от всех, включая меня.

— О каком даре ты говоришь? — не могу пока связать одно с другим, а Силия снова делает глубокий вдох.

— Зелла — многоликая, — наконец, сознается она, а я что-то не припомнаю даже об упоминании подобного в том мире.

Тоже тайна, как и пришлые? В учебниках не пишут о таких?

— Очень редкий дар, считающися утраченным. Я случайно узнала. А потом забыла об этом.

— Как это? — не понимаю я.

— Мама… стерла мне память, — сознается Силия, а у меня мурашки идут по коже.

Как это вообще возможно, чтобы родная мать…

— Мы вернули эти воспоминания под гипнозом, когда Силия искала дорогу домой, а я искал тебя, — кивает Гриша, а я замечаю, что для человека, не покидавшего этот мир, держится он неплохо.

Я бы вызвала себе психиатра в такой момент.

— Зачем стирать родной дочери память? — не понимаю я.

— Потому что я не была такой, как мама или Зелла. Была обычной. Бесполезной, ненужной и неуклюжей. Они не могли на меня положиться, — говорит она, а мне становится больно от ее слов.

И где-то в душе я очень рада, что она выбралась из того болота и оказалась здесь. С человеком, который смог ей помочь. С Гришей.

— У них были какие-то планы, я однажды подслушала, но ничего не поняла. Это был первый случай, когда случился провал в памяти. Второй, когда случайно увидела, какой магией владеет Зелла. Но и об этом меня заставили забыть, — признается Силия, а мне уже хочется взять плетку и отругать тех, кто назывался ее семьей.

— Ты сказала, она многоликая, но не объяснила, что это значит, — шепчу я, и Силия только собирается открыть рот, как слуха настигает совсем другой, мужской голос.

И он принадлежит не Груше.

— Это значит, она может принимать любой облик и насылать иллюзию, — раздается в дверях гостиной, и я застываю.

Силия и Гриша, едва взглянув мне за спину белеют и подпрыгивают с дивана, а я же… мне и оборачиваться не нужно, чтобы знать, кто там стоит.

Инквизитор!

Глава 49. Пусть он не знает

Сердце застывает внутри меня, как инклюз в янтаре, когда я ощущаю каждой клеточкой тела, что за спиной стоит инквизитор. Впервые теряюсь так, что не знаю, что делать.

Нет. Что он делает тут?"

"Смаргиваю и за секунду, надеясь, что он не видит, натягиваю перчатку на руку, и только после этого оборачиваюсь.

Он.

Действительно, он!

— Значит, Саша, — только и говорит мне высоченный широкоплечий мужчина в камзоле, застывший в дверях, и смотрит так, что я вообще не могу разобрать, о чем он думает.

Вроде строг, а вроде вовсе и нет. Зато однозначно, ко всему на свете сейчас готов.

— Ты кто такой? — рыпается Гриша вперед, но лишь на несколько шагов, ибо, наверное, немного боязно.