— Чай принесли! — радуются девушки при виде служанок и нескольких подносов и тут же смотрят на “сестренку”, ожидая, когда та наполнит своей рукой чаши.

Видимо, у них здесь это что-то вроде почетной миссии. Интересно.

Только принимаю наблюдательную позицию, как принцесса вдруг останавливает Зеллу в последнюю секунду.

— Раз леди Рошэ принята в наше общество, хочу пить чай из ее рук, — выдает принцесса, и миссия с чаем вопреки моим желаниям переходит ко мне вместе с убийственным взглядом Зеллы.

Так. Нужно будет завтра “прохворать” и пропустить “сходку”, если решат снова сюда позвать. Долго я в таком обществе не протяну.

Делая вид, что не замечаю разъяренной насупившиеся “сестренки”, я элегантно наполнив чаши, лично передаю по одной присутствующим дамам.

— Ох, муха!"

"— Откуда она здесь? — раздается за спиной суета, но к счастью, принцесса и Зелла решают вопрос с насекомым за пару секунд.

Я же, беру себе последнюю чашку и присаживаюсь по велению принцессы рядом с ней. Не хочу видеть, как перекосилось лицо Зеллы от злости и ревности, но вместо этого вижу в ее глазах что-то очень нехорошее.

Поток прохладного ветра, обвивает принцессу и летит ко мне, принося пугающий запах яда.

— Принцесса, стойте! — подскакиваю я, чтобы выпить кружку из ее рук, но она уже поднесла ее к губам.

Глава 43. Ложь!

Спешу изо всех сил, и чаша отлетает в сторону, разбрызгивая все свое содержимое на принцессу и на меня. Падает на пол и разбивается вдребезги.

— Что ты творишь?! — вскакивает ошпаренная кипятком наследница и кидает в меня такой гневный взгляд, что проще помереть на месте.

Моя ладонь и часть руки выше запястья щиплют от боли, ведь основная масса чая пришлась именно туда. Глаза блестят от слез, и я дышу так, будто до этого и не дышала. Как же страшно было не успеть!

Во все глаза в шоке смотрю на осколки фарфора. Еще бы секунда, и принцесса могла умереть!

— Ты отвечать собираешься?! — рычит тем временем наследница, вырывая меня из омута затянувших мыслей.

— Ты меня обожгла! Знаешь, что будет за нападение, ущерб моему здоровью в купе с неуважительным отношением? — распыляется она от негодования.

А компаньонки тем временем жалостливо вздыхают, изображая искренне беспокойство за наследницу, и кидают в меня обвиняющие, гневные взгляды.

— Я жизнь вам спасала, Ваше Высочество, — только и говорю я, проглотив, наконец-то, какой-то странный ком в горле, и поднимаю взгляд со сметроносных осколков на наследницу, и она приходит в такое негодование, что нижняя губа начинает подрагивать.

— ЧТО?! — выпаливает яростно, все еще не желая мне верить.