- Кошмары? – шепчет, поглаживая ладонью мою спину. – Птичка, все хорошо будет…

- Не будет! – срываюсь, отталкиваю его и поднимаюсь с постели.

Иду на кухню, чтобы налить себе воды. Держу стакан двумя руками, потому что дрожу от нервов. Делаю глоток, но тут же закашливаюсь.

Горячие руки ложатся мне на бока, сминают бережно, трепетный поцелуй касается затылка. Алекс разворачивает меня лицом к себе, осматривает с беспокойством. Он знает, что меня тревожит всю последнюю неделю. Терпит мое хронически плохое настроение. И мучается от того, что не может помочь.

- Птичка, не переживай, - заключает мое лицо в ладони. – Мика бойкая, та еще оторва, она справится.

- Ты ее не знаешь! – фыркаю обиженно. – Это только внешне она колючая…

- Ну, прости, не злись, - примирительно целует в носик. – Хочешь, я знакомому из Австрии позвоню? Попрошу узнать, чем там Авдеев и Крестовский занимаются? Он как раз на них информацию искал уже. Заодно, может, о Мике что-то услышим.

- Хочу, - всхлипываю и с благодарностью смотрю на любимого.

- Договорились, - наклоняется, проводит языком по моей нижней губе.

Шумно выдохнув, обвиваю шею Алекса руками, сама целую его. Сначала нежно, легко, будто дразню, но через пару мгновений позволяю страсти взять верх. Кажется, мы с Алексом никогда не пресытимся друг другом. Прерывает нас звонок в дверь. Освобождаюсь из объятий и спешу открыть, чтобы трель не разбудила близнецов.

- Богдана Авдеева? – с порога спрашивает курьер.

В руках у него какой-то сверток с марками и печатями.

- Д-да, - киваю и удивленно хлопаю ресницами.

Кто шлет бандероли в такую рань?

- Приказано передать вам лично в руки, - замирает выжидающе.

Понимаю, что должна подтвердить личность. Но все, что у меня осталось, это водительские права. Их я и предъявляю.

Курьер изучает маленькое фото, сравнивает, но потом все же кивает. Расписываюсь в накладной и, наконец, забираю сверток. С внезапно накатившим волнением разворачиваю его. Внутри – мой паспорт. Документы, которые забрал Авдеев перед вылетом. И которые должна была мне прислать сестра, как только…

- Алекс! – визжу я, а стоящий рядом любимый морщится от неожиданности. – Ты понимаешь, что это значит? – машу документами перед его удивленным лицом. – У Мики все получилось!

- Тише, птичка, - смеется Алекс и ловит меня, заключая в объятия. – Я рад, - произносит совершенно серьезно.

- Мам-пап, - комкая слова, окликают нас полусонные близнецы. – Чего кричите? Ругаетесь?

Прищуриваются с подозрением, а сами крепче прижимают к себе белоснежных плюшевых зайцев, которых недавно купил Алекс. Сказал, что игрушки похожи на наших блондинов-близнецов. С того момента Саша и Илья не расстаются с ними.

- Нет, - беру любимого за руку. – Мы с папочкой вообще ссориться не будем.