Я подозреваю, что раз он знает про резонанс, значит, и у его расы есть что-то подобное. А, судя по странному обращению “эйра”, которым он меня наградил, эйнарцам, как и аль-турам подходит один и тот же тип женщины с какой-то особенностью в крови. И раз Аксель на меня среагировал, то я - одна из таких женщин. Это знание меня все же порадовало, потому что иначе, видимо, я бы Советнику просто не подошла. Если он, конечно, планировал продолжить общение. Теперь я в этом уже сомневаюсь.

Глава 16: Отказ

Чуть менее семи лет назад. Планета Аль-Тур

Аксель Ир-Кон

- Вставай, хватит валяться - услышал я через шум в голове и боль в висках.

А потом на голову полилась ледяная вода.

- Леор, иди на... - простонал я - какого х*** ты делаешь в моей квартире?

- Ты не отвечаешь на звонки. Проверяю, живой ли ты еще или нет. А ты, я вижу, опять заливаешь горе. И ты сам давал мне доступ в свою квартиру, не помнишь?

- Не твое дело, вали - сказал я, пытаясь продрать глаза.

- Свалю - согласился друг - только прослежу, чтобы ты поел. В твоем холодильном боксе скоро можно будет найти новые формы жизни.

Я услышал, как гребаный Ир-Вон, чтоб ему хорошо жилось, стал греметь посудой, а потом в нос призывно ударил аромат еды.

- Иди, помойся - услышал я из кухонной зоны - от тебя воняет, будто ты спал в питомнике в обнимку с фуоро-ящерами.

- Какой сегодня день? - спросил я, вставая. Это комната шаталась, или я шатался?

- Тебе назвать месяц, день недели или год? - хохотнул этот придурок. Убил бы его, но его брат потом меня прикопает где-нибудь за это.

- Иди.... - я хрипло выругался. Во рту словно кто-то нагадил. В общем, мне было очень плохо."

"Я чуть не запнулся о робота-уборщика, которого Леор уже умудрился запустить, снова выругался и с трудом дошел до душевой.

Вода немного привела в чувства. Мылся медленно, держась за стену. Пальцы нащупали шрам на груди. Я специально попросил медиков не сводить его. Хотелось, чтобы осталось хоть какое-то воспоминание о...

Аааа, опять.

Я скривился от боли в груди и сложился пополам, захлебываясь.

Прошло уже несколько месяцев после возвращения с Вердана. В первые дни мне было так плохо, что я толком не помню, как летел на Аль-Тур. Не помню первые дни в медцентре Грандиса. Мне говорили, что отказ - это больно.

Но знать про это, и прочувствовать это самому - совершенно разные вещи. Мой огонь не такой интенсивный, чтобы спалить меня к х***м. Но лучше бы спалил, честное слово. Это невыносимо. За эти месяцы я проклинал резонанс, свое начальство, особенно братца моего друга, по вине которого я попал на Вердан, гребаных теневиков, которые нас раскрыли, высшие силы. Я проклинал всю цепочку событий, которые привели меня в медцентр Вердана, но ее... ее я проклясть или возненавидеть так и не смог. Хотел, очень хотел. Но не получалось.