Когда ясна цель, гораздо проще соединить воедино разрозненные догадки.

Раздался щелчок электрочайника, и кабинет заполнила тишина. Виктор не спеша подошел к стеллажу, достал три кружки, сунул в каждую по чайному пакетику и принялся разливать кипяток. Кажется, он, как и все мы, был в глубокой задумчивости, потому что вода вскоре полилась через край. Он чертыхнулся и оторвал от рулона большой кусок бумажных полотенец, чтобы устранить последствия своей невнимательности."

"Я наблюдала за его действиями и пыталась представить Анну Петровну в этом кабинете. Вот она заходит сюда с кипой бумаг, свободной рукой поправляет волосы. Что творится в ее голове? Она понимает, что скоро простится с этим городом? Сожалеет ли она о чем-то или чувствует себя победителем? Тем более что родилась девушка далеко, и здесь ее, кажется, почти ничего не держит. Крюков – лишь один из многочисленных любовников легкомысленной Ефременко.

– Кстати, – нарушила я тишину. – В поезде Анна отправляла голосовые сообщения кому-то, с кем явно находилась в романтической связи. Но Крюков утверждает, что пятница вечер – табу для подобного рода общения в их отношениях, и отрицает, что они были адресованы ему.

– Значит, у нее был еще кто-то? – уточнил Виктор.

– Наверняка, – хмыкнула Настя. – Зная Аннушку…

– Или он отводит подозрения, – продолжила я свою мысль.

– От себя?

– Или своей супруги, – пожала я плечами. – Не исключено, что они действовали сообща.

– Ну нет, – возмутился Виктор. – Если они заодно, зачем давать Ефременко деньги из семейного бюджета?

– Но ведь мы не знаем наверняка происхождение этих денег. Что, если они попали к Анне совсем другим путем? А избавиться от любовницы Крюкова решила не подкупом, а гораздо более радикально?

– То есть… Александра Аннушку того… укокошила? – вытаращил на меня глаза Субботкин.

– Убила умышленно или в порыве ревности, а что делать дальше, не знала. Вот и привлекла супруга, всю жизнь занимавшегося расследованиями. Не мне вам рассказывать, что тот, кто знает, как следы обнаружить, умеет их и замести. В таком случае понятно нежелание Крюкова говорить об их связи с Ефременко, а также подтверждать их общение в пятницу, которое могло происходить незадолго до убийства.

– Это кажется невероятным… – промямлил Виктор.

– Оттого очень похожим на правду! – заметила Настя.

– Хотелось бы встретиться с Александрой Макаровной.

– Крюков не допустит, – сморщился Субботкин.

– Ему необязательно об этом знать.

– Ты что-то придумала?

– Пока нет, но это вопрос времени. Кстати, сама Александра – практикующий психолог или только организацией процесса занимается?

– Не уверена, – засомневалась Настя.