До десяти лет меня баловали, холили и лелеяли, отец помогал с уроками, иногда учил приемам самообороны, объясняя это тем, что всем симпатичным девочкам в жизни подобные умения пригодятся. Я не роптала, мне и правда было интересно. А когда мне стукнуло тринадцать, жизнь изменилась. Мама ушла в себя, все ее время стали занимать интернет и книги. Если она не читала, закрывшись в комнате, то общалась с друзьями, наплевав на мужа и дочь. Мы с папой оказались предоставлены сами себе, но занятия продолжались – он учил меня метать ножи, стрелять из пневматики. Зачем это нужно, папа не говорил, а я и не вдавалась в подробности.

Мне было пятнадцать, когда у отца появились проблемы на работе, он стал все чаще пропадать в офисе, и наши уроки закончились. С того времени я практически перестала общаться с родителями, а после выпускного специально уехала поступать в столицу, чтобы не находиться дома. Самой себе я могу быть предоставлена и вдали от семьи. В дни рождения родители исправно присылали подарки, иногда мама звонила по выходным, отец – пару раз в неделю. Порой меня просили навестить бабушку, так как сами были слишком заняты, чтобы проведать родственницу.

Признаться, я даже рада, что все так произошло. И пусть я знала, что родители меня любили, но здесь я ощущала себя на своем месте. Может, права была бабуля, именно этот мир мой, а не тот, где я прожила больше двадцати лет? А Иллианита, уверена, приспособится, как только со всем разберется. Страдания от потери магии ей тоже не грозят, ее и так практически не было.

И тут же в голову закралась крамольная мыслишка: а вдруг бы с ней произошло то же самое, что с Райэрой? Если и правда магия академии позволяет выявить тайные или скрытые резервы, как в случае с подругой? И мой двойник могла бы стать непревзойденным магом? С этой мыслью и уснула.

А снился мне удивительный сон. Странная закрытая комната со стенами из сине-красного камня, который то и дело нагревался и сиял до рези в глазах. Я сидела в центре, сложив ноги по-турецки, с улыбкой на губах и с разведенными в стороны руками, на одной ладони красовался полураскрытый огненный шар с торчащими из него ледяными иглами, а во второй – ледяной шар с огненными стрелами. Смотрелось настолько необычно, что дух захватывало. Интересно, это я их создала? Сердце зашлось в предвкушении, захотелось подобное великолепие ощутить наяву…

Казалось, только глаза сомкнула, а уже пора вставать. Разбудил меня грохот, звуки типа барабанного боя. Местный будильник, такой и мертвого разбудит. Я едва с кровати не упала, когда его услышала. Выскочив в гостиную, увидела Райэру с таким же обалдевшим лицом.

– И так будет каждое утро? – застонала подруга.

Вопрос был риторическим, но я пожала плечами, предполагая худшее.