От Льва так и не было никаких вестей. Изменения лишь произошли в том, что моё сообщение было открыто и прочитано. В остальное всё, как прежде. Тишина.

Спустя неделю. Вечером, находясь дома, я вдруг услышала хлопок двери и шаги сверху.

Думала, сердце остановится от радости. Неслась вверх по лестнице, не разбирая дороги. Но, когда попала внутрь квартиры, столкнулась с чужой парой глаз и недоумением.

- Простите, но вы кто? - спросила его, переводя дыхание.

- Хотел бы спросить тоже самое, - произнёс мужчина в годах, примерно за пятьдесят.

В сером пиджаке, голубой рубашке, при галстуке. Кто это вообще? И что тут забыл?

- Я живу снизу, и это квартира моего друга, - объяснила ему, сглатывая нехорошее предчувствие."

"Очень было похоже на то, что сейчас услышу от него что-то дурное. Связанное с хозяином квартиры. Боже… только бы я оказалась не права.

- Меня нанял Лев Евгеньевич Сладких. Риэлтерская служба, - перед моим носом возникла визитка с информацией о конторе, в которой он трудился.

Чёрт! Я сплю. И вижу ужасный сон. Незаметно ущипнув себя, убедилась, что всё происходит наяву.

- Квартира на продаже? - просила я, касаясь пальцами виска, в котором ощущалась нестерпимая боль.

- Всё верно. С завтрашнего дня здесь будут появляться потенциальные покупатели, - ответил мужчина. - Квартира отличная. Уйдёт быстро. Скажите, соседи здесь спокойные? - деловито, включаясь в свою работу, спросил он меня.

Но я его уже не слушала. Повернувшись к двери, медленно побрела к выходу.

Мысль о том, что Лев сжигал мосты, больно резанула по сердцу.

Надежда на то, что он вернётся, вытекала как вода сквозь пальцы.

Практически целую ночь я проревела в подушку. Утром пошла на работу разбитая и подавленная, считая вчерашний день худшим из всех предыдущих, но я ошиблась. Вчера мои беды только начинались.

В полдень мне позвонила Зоркая и сказала, чтобы приехала к ней как можно быстрее. По её голосу было понятно, что дело действительно серьезное. Единственное, что она сообщила, что проблемы связаны с оформлением документов и нужно спешить.

Кое-как доработала до конца дня, я мигом рванула в детский дом, подозревая во всех проблемах Яна. Этот чёртов кретин продолжал на что-то надеяться и через смс- сообщения убеждал, что только с ним у меня есть шансы получить детей.

Какая самоуверенность.

Будто, кроме него, в городе не было других юристов и мужчин, желающих заключить брак за деньги. Идиот.

Добравшись до Зоркой и увидев её хмурое лицо, я поняла, что дело обстояло ещё хуже, чем я думала.

Заметив меня в дверном проёме, она подняла на меня глаза, а потом, тяжело вздохнув, отвела в сторону.

Мать твою! Что там могло случиться? Было ведь всё нормально. И кандидат уже нашелся, и документы на опеку почти готовы. Я была на финишной прямой.

- Сядь, - твёрдо сказала мне она.