Ты бравишься, когда со мной разговариваешь. Но если отвлечься – то сразу превращаешься в потерянного котёнка, которого очень обидели. Поэтому, Саш, я смотрю на тебя. И вижу всё."

"Опускаю взгляд, когда папа мягко прикасается к синякам. Я даже не заметила, что они проявились.

Разрывает от дикой несправедливости. Валид не делал этого, но получает всю ненависть от моего отца. А Ясир, который сделал так больно, теперь герой для папы.

– Это не Хасанов, – зачем-то пытаюсь защитить мужчину. – Один из его людей. Он… Перешёл границы дозволенного. Сам так решил. А Валид меня защити, пресёк всё. И… Эм… Наказал того, кто меня обидел.

– Оправдываешь этого ублюдка?

– Нет, но… Просто рассказываю, как всё было. Неважно. Скажешь маме, что я не буду ужинать? Сразу спать лягу, я очень устала.

– Конечно. Отдыхай, Саш. А завтра поедешь со мной, дашь показания. Чтобы лишнюю статью этому монстру прописать.

Папа целует меня в лоб, прикрывает за собой дверь. А я остаюсь стоять на месте, не смея шевельнуться.

Показания? Да, я знаю много. Даже больше, чем папа может представить. Ведь мы с Валидом многое обсуждали, я слышала достаточно, чтобы организовать мужчине приличный срок.

Но…

Свидетельствовать против Валида?

Смогу ли я?

Глава 46

– Боже-боже-боже!

Подруга виснет на моей шее, буквально сдавливает. Продолжает визжать мне на ухо, обнимая всё сильнее.

– Поль, ты меня задушишь, – улыбаюсь, сама обнимаю подругу. Жутко по ней соскучилась. – Со мной всё хорошо.

Эта фраза уже стала заученной. Отскакивает от зубов вместе с широкой улыбкой. Потому что всё правда хорошо.

У меня ничего не болит. Я не страдаю от ПТСР. Не мучают кошмары.

Хотя…

Постоянные сны с участием Валида я бы тоже назвала кошмаром.

Горячим таким и постоянным.

– Тебя похитили! – Поля вскрикивает на всё кафе, а после тянет меня к нашему столику. – Не может всё быть хорошо.

– Но это так. Я дома, всё закончилось.

– Я всё ещё не могу поверить! Ты мне когда написала… Я думала, что это тот Хасанов так развлекается. Зачем-то. Даже когда твой голос услышала – не поверила. Есть же всякие программы, которые голос меняют.

– Поль, ну ты как придумаешь.

– А что? Я так надеялась, что тебя спасут. Но, знаешь, дурные мысли лезли в голову. Но ты тут! И тебя, наконец, выпустили из заточения! Как твой отец вообще согласился?

– С трудом.

Киваю на трёх охранников, которые сидят за соседнем столиком. У них тревожная кнопка. Если вдруг кто-то появится подозрительный, то через пять минут тут будет спецотряд.

Папа правда болезненно относился к тому, чтобы я вышла из дома без него. Был уверен, что в любую секунду меня схватят и заберут обратно.

Ведь папа не знает, что меня не похитили у Валида. Этот чурбан мудацкий сам меня отдал. Он не будет возвращать.