Если когда-то, не приведите всемилостивые боги, тебе захочется сбежать, знай, что там тебя ждут”.

Вот оно! В голове по пунктам выстраивается план, который должен привести меня к новой счастливой жизни. И да, я стопроцентно уверена, что в этот раз она будет счастливой, для того второй шанс и дается.

А отец Адалии-то как в воду глядел! Я все гадала, неужели совсем трактирщик слепой был, не видел, что за фрукт его женушка. Нет, оказывается, сам не простой.

Трясу на всякий случай еще шкатулку, и из того же отсека мне на ладонь падает небольшой медный медальон, старый, подернутый зеленью, но все равно очень красивый. По краю выгравированы замысловатые узоры и завитки, а в центре — изящное рельефное изображение дракона.

Дракон? Что-то мне знакомство с местными драконами не особо понравилось. Неправильные они какие-то. Где благородство? Хотя красив генерал, да… Этого у него не отнимешь. Да и пахнет он прекрасно.

— Ты что там застряла? — раздается стук в дверь и режущий слух голос Августы. — Грязь сама себя не уберет! Шевелись, убогая!

Черт, как бы не вломилась. Сминаю записку и прячу в кулаке.

— Да, матушка, — закатываю глаза и делаю дрожащий покорный голосок. — Я сейчас."

"— Хватит страдать и рыдать, — ядовито говорит она. — Я к дракону за деньгами. И не приведите боги, я узнаю, что ты что-то ночью сделала не то! Высеку прямо на дворе, чтобы все видели, поняла меня?

Чувствую, как кулаки сжимаются еще крепче, а ногти впиваются в ладонь. Тебя бы высечь за все твои делишки. Но ничего… Я не Адалия, и я найду на тебя управу.

— Поняла, — отвечаю я, возможно, резче, чем нужно было.

— То-то же, — удовлетворенно хмыкает мачеха. — И дрянь свою не забудь выпить, а то сдохнешь раньше времени, кто убираться-то будет.

Слышу удаляющиеся шаги и немного выдыхаю. Что я там должна выпить?

На раковине стоит коричневый подозрительный пузырек с марлевой пробкой. У меня мама на работе такими же пробирки закрывала для стерилизации… Прям воспоминание из детства.

В пузырьке мутноватая жидкость, на пузырьке никаких опознавательных знаков. Адалия это пила после какого-то из обмороков. Буду ли я это пить? Нет. Выливаю содержимое в раковину, и комнату наполняет резкий нашатырный запах.

Уж лучше я при необходимости схожу к лекарю, хотя пока что я себя чувствую более чем здоровой, а мне есть с чем сравнить. Ну разве что голодной.

Так, пока мачехи нет, а Эренция по своему обыкновению сидит у себя в комнате и читает газеты с последними сплетнями, пора воплощать свой план в жизнь.

Я быстро одеваюсь и причесываюсь, прячу записку от отца, медальон и мешочек с монетами в карман и, нисколько не страдая, что покидаю эту комнату, выскальзываю в коридор.