Я закрыла глаза и кивнула, понимая, что если это правда, то Мэйв не даст мне жить. Ректор хоть и накричал при мне на неё, однако вряд ли захочет идти на конфликт с другом и наказывать его кровиночку.

Да и зачем ему выгораживать дочь врага?

Тем временем Матиас занёс меня в прохладное помещение, где сильно пахло йодом и острым запахом работающих артефактов, похожим на перчёную смесь. Я мигом зажала крылья носа большим и указательными пальцами. Если чихну – дёрну повреждённой ногой, а боль только-только начала затихать."

"Матиас аккуратно положил меня на кушетку и обратился к симпатичной девушке, что выглянула на шум из кабинета с табличкой “Служебное помещение”.

– Шейла, отлично выглядишь! А я вот пришёл по делу. Срочному и неотложному, – он кивком головы указал на меня, и я вновь удивилась его бесконечному дружелюбию. Складывалось ощущение, что Ринвуд приятельствовал с каждым в академии.

– Льстец, – беспечно улыбнулась миловидная шатенка с гладким пучком, убранным под сеточку. – Что тут у нас?

– Что-то с коленом, – извиняющимся тоном произнесла я и указала на разодранную, окровавленную штанину.

– Вот дела-а-а, – цокнула языком Шейла, острым взглядом рассматривая рану.

– Ничего, до завтра заживёт.

– Ты хотела сказать, до свадьбы? – обольстительно улыбнулся Ринвуд, но та лишь звонко рассмеялась.

– Не выйдет, Матти, я помолвлена.

– Удар в самое сердце, – кажется, парень совсем не расстроился. – Ладно, я свою задачу выполнил, теперь твой лекарский долг. Сделай для Эверли всё по высшему разряду, я отблагодарю.

Шейла закатила глаза и резво скрылась за дверью, а Матиас с тревогой посмотрел в окно:

– Моя очередь терпеть Гримстона, если я опоздаю, он задохнётся от собственного яда.

Увидимся позже!

Я осталась одна в тишине лекарского крыла, слушая только тиканье больших настенных часов. Через минуту вернулась Шейла и, попросив меня не шевелиться, аккуратно надрезала штанину. Быстрыми, но ловкими движениями промыла рану и выложила в ряд на оголённый участок кожи три тонкие пластинки-артефакта.

– Последняя разработка, – пояснила она с азартным блеском в глазах, аккуратно располагая их так, чтобы лежали ровно и не скатывались. – Такие сейчас есть только у Его Величества и у нас, получили неделю назад.

Стягивают ткани, обеззараживают и ускоряют заживление. В их создании участвовала сама госпожа Расана, королевский лекарь из Кэррей. Полежи так примерно часик, постарайся не двигаться, а я вернусь и проверю. Если всё пройдёт как надо – к завтрашнему утру и не вспомнишь о ране.

Шейла ушла, и я закрыла глаза. Пластинки излучали приятное пульсирующее тепло, постепенно снимая боль. Где-то через несколько минут края раны начали зудеть и чесаться, но я побоялась шевелиться, чтобы артефакты не упали.