Надо же, какая у них бессловесная идиллия, полное взаимопонимание. Вот бы мне с Кристиной так.

Она снова ведет меня в раздевалку.

Иду за Кристиной, как приклеенный, по дороге думаю, как бы мне четко и ясно ей все сказать. Кольцо отчаянно жжет карман, надо вручить, да так, чтобы не оплошать. А то что я делать буду, если не примет?

А она вдруг выдает:

– Мне есть что тебе сказать, Рафаэль.

– Жги, – развожу руками, когда мы оказываемся в раздевалке. – Внимательно слушаю.

– Ты поступил очень безответственно! – пыхтит негодованием она. – Ты подпустил к детям ненадежного человека. Где были твои глаза? Я понимаю, она их мать, но ты должен в первую очередь заботиться о безопасности близнецов, об их благе! Ты же отец, они – сугубо твоя ответственность…

Я киваю с понурой головой, признаю все, что она говорит.

– Надежда больше к ним не приблизится, – обещаю ей. – Я скоро получу полную опеку и потребую запрета для нее, чтобы точно не могла видеться с детьми. И естественно, никогда больше ее с ними не оставлю…

Это не удовлетворяет мою Кристину.

Она продолжает со вкусом меня отчитывать:

– Раф, скажи, куда ты смотрел? Неужели и вправду не видел, кого оставляешь с детьми? Она же – кошмар. Ты, по моим ощущениям, совсем еще неопытный родитель, но ты же должен понимать…

А я неопытный, да.

Два месяца – разве большой срок, чтобы набраться опыта в воспитании? Мне еще учиться и учиться, и я нашел себе идеальную учительницу.

– Да, я косячу, – киваю с умным видом. – А ты возьми да помоги, научи, как правильно, направь. Как говорится, женщина – шея…

По-моему, я все четко сказал, но Кристине почему-то не нравится.

Она хмуро на меня смотрит и перебивает:

– Лучше бы я в пятницу взяла мальчишек с собой на дачу, побыли бы со мной выходные, а в понедельник спокойно пошли в сад, а не вот это вот все!

Тут уже я громко возмущаюсь:

– Кто бы спорил! Естественно, было бы лучше, если бы ты не сбежала с девчонками, а взяла мальчишек с собой. И меня! Почему ты нас не взяла? Ты даже не потрудилась нас пригласить, чисто из банальной вежливости. Тебя совесть за это не ест? А если для нас на даче места не было, так я мог сам отвезти тебя в любое другое место. Сама сбежала от нас, и сама же предъявляешь претензии.

– Ну ты и нахал! – фырчит Кристина. – Сам, пока меня не было, бывшую тут же позвал, в нашу койку уложил… Тебе не противно было в той же постели? Фу!

– Чего «фу»?! – обалдеваю от услышанного. – Никого я никуда не укладывал. Что за бред ты несешь, женщина!

– Не прикидывайся, Раф! – она тычет мне в грудь указательным пальцем. – Я все видела! Своими собственными глазами…

– Что ты видела? – никак не возьму в толк.