Девчонки пытались меня растормошить, но я не реагировала, и они отстали. Тогда, делая вид, что сплю, я попыталась понять, как мне быть. Артему нравилась Полина. Он хотел ее. Меня он тоже хотел. Но хуже всего, что он смог ее обидеть, сделать больно. Парни сильнее девушек и пользуются этим. Но в случае Артема к физическому превосходству было добавлено еще и социальное. Наверное, поэтому Полина не стала писать заявление. Я много чего ему вчера наговорила, стараясь задеть. И это было плохо. Потому что слова - это тоже больно. Иногда даже больнее, чем когда тебя бьют.

А самое ужасное, что мое отношение к Артему не поменялось.

Лежа в постели, я вспоминала нашу близость. Его тело и мое. Вместе. От этих воспоминаний дрожь бежала вдоль позвоночника. И я... хотела к нему. Снова.

Я - безвольная идиотка.

Только Артем так и не позвонил. Все, что мне осталось - это смотреть на его сообщение с признанием в любви. Это было больно делать. Но я делала. Дни шли за днями. Я отгородилась от мира стеной, не зная, как быть и что мне делать. Я плохо ела, плохо спала. И лишь каким-то чудом сдала сессию. Хотя даже это мне стало уже безразлично.

Сдав последний экзамен, я вышла из аудитории и столкнулась с почти всей нашей группой, которая что-то оживленно обсуждала.

Я собиралась пройти мимо. Меня никто и ничто не волновало.

Однако дорогу мне преградил Вова Трофимов.

-Куда?! Э-э-э, нет! Сегодня ты никуда не сбежишь, Сашенька. Обмываем сессию у нас на даче. И ты с нами.

Я хотела возразить, но в этот раз меня не стали слушать, посадили в машину, И повезли за город. Сил отбиваться у меня не было. Ладно, посижу немного в каком-нибудь уголке, а когда они пойдут в отрыв, вызову такси и уеду. В последнее время я - плохая компания.

То, что мне как-то навредят, я не боялась. И парни, и девушки в группе были нормальными. По-моему, им всем надоела моя безжизненная физиономия.

Мой план был не плох. Если бы на даче уже не тусили братья Володи вместе со своими друзьями и подругами. Когда мы подъехали, на даче было довольно шумно и отвязно. На улице стояла июньская жара. Народ отрывался, наряженный в плавки и купальники. Воспользовавшись общей суматохой, я ушла в сад, нашла уединенное место в тени деревьев, где стояло несколько деревянных лежаков, на одном из которых я устроилась.

В отдалении раздавались голоса, хохот, плеск воды, но все это меня не трогало. Я вдохнула полной грудью жаркий, летний воздух и впервые порадовалась, что завтра я еду домой. Наше общение с сестрой я свела к минимуму, и она это, конечно, видела. Из-за этого я и не торопилась в Воронеж. Не хотела ненужных разговоров. А сейчас вдруг поняла, что соскучилась.

Я так задумалась, что не услышала шагов.

-Привет, - возле меня стоял Дима и внимательно рассматривал.

Нет, мы с ним изредка пересекались в университете.